Полная версия сайта

Полина Петренко. Последний разговор

Когда из жизни уходит близкий человек, ты будто обречен вспоминать последнее. Последний взгляд....

Алексей Петренко

Дом не заперт. Вошли, кричу: «Папа!» Тишина. Ощущения жутковатые. Едой не пахнет, и людей нет. Наугад пошла на второй этаж, периодически зовя отца, открыла первую дверь. Узенькая комната — внутри кровать и шаг до стены. Отец лежит читает.

— Что же ты молчишь, папа? — спрашиваю.

Он отложил книгу и посмотрел на меня так, что облегчение от того, что я его нашла, снова улетучилось — так смотрят обезумевшие старики. Чужой, неузнаваемый.

— Ты чего пришла? Тебя никто не звал, — ответил незнакомец. Начинаю рассказывать ему про всех, кто приезжал поздравить, но так и не увидел его, про наше беспокойство. — Ах это ты устроила?! — повысил голос отец.

Увы, я не настолько влиятельна, чтобы посылать представителей Союза кинематографистов в село Никольское. Снова объясняю, что сотрудники разных организаций приезжали его поздравить с датой, он известный и любимый артист, почему такая агрессия?..

Фотография на ковре над его кроватью тоже беспокоила, потому что навевала нехорошие мысли об умственном состоянии родного мне человека. Сюжет фото был таков: мой отец, человек очень преклонного возраста, в клубной бейсболке на лысине, рядом женщина яркой восточной внешности, возраста среднего, тоже в кепке, все это обведено красным арт-маркером в виде большого сердечка и подписано какой-то подростковой хренью вроде I love you. Я едва смогла оторвать от этой странной композиции взгляд.

Отец откинул одеяло.

— Поздравить? А видишь, что у меня? — продемонстрировал он гипс и стал тянуться за костылем.

— Тебе помочь? — спрашиваю.

— Сам!.. Ты тогда звонила Галине Петровне! — вспомнил он свою старую обиду. — А я с ней, между прочим, тридцать лет прожил!

Мне окончательно стало не по себе, и я расплакалась:

— Уже раз двести тебе говорила, что это не я!

Истории, которую он вспомнил, на тот момент было около десяти лет, и произошла она накануне нашего с Настей окончательного отъезда за рубеж. Это был очень тяжелый для меня период. Жизнь била сильно. Настин отец, актер Алексей Полуян, не очень успешно боролся с зависимостью от запрещенных препаратов. Я вроде как устроила личную жизнь, хотела создать семью с одним человеком, но и это рухнуло в одночасье.

В общем, не справлялась с ситуацией и поправляла нервы в Психоневрологическом институте имени Бехтерева. Лечение стоило денег. Настю отвезла в музыкальный интернат, со знакомой договорилась, что она будет забирать мою дочь на выходные. Папе звонили все. Соседи рассказывали, что я нахожусь в сложном душевном состоянии и попала в больницу. Мама умоляла навестить меня, сама она в силу очень серьезных причин не могла выехать из Германии. «Она молодая, выкарабкается, — ответил ей отец. — А у меня с этим местом связаны неприятные воспоминания... Все! Не поеду! Сама поезжай!»

Подпишись на канал 7Дней.ru


Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или