Полная версия сайта

Андрей Градов. Мой ангел-хранитель

Редактор картины сказала: «Когда «Берегите женщин» покажут, проснешься знаменитым!»

Андрей Градов с женой и дочерью

— Хочешь, озвучу то, что ты давно жаждешь спросить?

— Ну, давай!

— Почему я не спас маму? В той ситуации ничего нельзя было сделать. Если б оставалась хоть капля надежды на спасение, я бы отдал за нее жизнь.

Как он догадался?! Не знаю... Уверен, отец безумно ее любил. У него очень много стихов о маме. Можно сказать, он посвятил свою дальнейшую жизнь нам с сестрой. Дедушка с бабушкой ему помогали, им разрешили купить кооперативную квартиру в Москве, поскольку оба были членами Союза писателей. Во второй раз отец женился почти через тридцать лет, мы с Татьяной были уже взрослыми, у каждого — собственная семья. Папина вторая жена не имела никакого отношения к искусству, работала инженером в конструкторском бюро.

Мой отец Петр Михайлович Градов был поэтом, драматургом, членом Союза писателей. Стал почетным жителем Севастополя, когда написал гимн города: «Легендарный Севастополь, неприступный для врагов». К большому сожалению, папа не успел узнать о возвращении нашей исконно русской земли — он ушел тринадцать лет назад.

В квартире стояло пианино, к папе постоянно ходили композиторы, показывали наброски песен на его стихи. Он много работал с Вано Ильичом Мурадели, с Анатолием Григорьевичем Новиковым написал песню, которая пришлась по душе глубинке: «Пропел гудок заводской, / Конец рабочего дня. / И снова у проходной / Встречает милый меня». А еще он автор множества музыкальных комедий. «Предел моих желаний», «Любушка», «Чемпионка», «Ради этого дня», «Графиня-цыганка» шли во многих театрах страны, и папа мотался на свои премьеры то в Донецк, то в Кировоград, то в Находку. Проводил творческие встречи (позже, когда я окончил институт, мы нередко выступали вместе: он читал стихи, я показывал фрагменты из своих фильмов, рассказывал о съемках), а когда начинал писать, запирался в писательском Доме творчества в Малеевке.

Мама окончила институт иностранных языков, работала переводчицей. Родители назвали ее Изидой и подарили гордую фамилию Максимова-Кошкинская. Мои дедушка и бабушка — уникальные люди! Дедушка Иоаким Степанович Максимов-Кошкинский — драматург, актер, режиссер, создатель национального чувашского театра. Бабушка Татьяна Степановна, носившая артистический псевдоним Тани Юн, — его ведущая актриса, а также драматург и переводчица. Она с полным правом могла считать себя кинозвездой. Снялась, правда, всего в шести черно-белых фильмах (сегодня названия «Волжские бунтари», «Вихрь на Волге», «Черный столб» знакомы лишь историкам кино), но дома сохранились журналы с портретом бабушки на обложке. Она была настоящей красавицей, уж поверьте моему мужскому вкусу. Дедушка, напротив, был некрасив, к тому же безумно ревнив. Бабушке даже не надо было давать реальных поводов — они всегда находились сами.

Каждое лето театр отправлялся на гастроли. Шли на барже по Волге, останавливались в разных городах, выгружали декорации и играли спектакли. И вот в труппу прямо перед отплытием приняли молодого актера с «редкой» фамилией Иванов. Несмотря на свою неопытность, парень быстро просек, кто здесь главный, и попытался с бабушкой задружиться. Подошел и говорит: «Я только начинаю, хотел просить, чтобы вы мне помогли». «Смотрю, — вспоминала бабушка, — а он мне подмигивает!» Тут как тут рядом оказался дед, который все это видел. Подскочил, схватил парня за шиворот и выкинул за борт. В набежавшую волну... Баржу остановили, незадачливого карьериста выловили. Позже выяснилось, что у артиста Иванова в момент сильного волнения начинался нервный тик, а дед с его взрывным характером не разобрался во всех этих тонкостях.

Подпишись на канал 7Дней.ru
Загрузка...




Комментарии




Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или