Полная версия сайта

Ирина Шевчук. Мои спасительные «Зори»

«Нам надо расстаться», — сказал Нигматулин. Слез не было, в голове крутилась одна мысль: «Талгат меня предал...»

Ирина Шевчук с льгой Остроумовой в фильме «...А зори здесь тихие»

Спустя время меня пригласили на кинопробы на «Узбекфильм». Только заселилась в номер студийной гостиницы, как раздался стук в дверь. На пороге стоял Талгат. Мы обнялись, и таким теплым и родным от него повеяло...

— Поедем ко мне, — сказал он.

— Поедем.

Мама Талгата встретила нас накрытым столом (мы познакомились еще во время ее приездов к сыну во ВГИК). Она наготовила еды на несколько дней и тактично отбыла к подруге, оставив нас наедине. И тут уж мне стало не до проб — я не только на них опоздала, но и начисто провалила. Режиссер, сообщая, что не берет меня на роль, так и не понял, почему я все время улыбаюсь. Улетала из Ташкента абсолютно счастливой. Вскоре Талгат приехал в Киев, сказал:

— Отведи меня к родителям, хочу попросить у них твоей руки.

— Сначала спроси, хочу ли я выйти за тебя?

— А разве не хочешь?

— Нет.

— Тогда сам пойду к твоему отцу, скажу, что я — твой первый мужчина и просто обязан на тебе жениться.

— Лучше этого не делать, мой отец — человек военный, строгий. Может и пришибить.

Нигматулин уехал обиженным, но разум подсказывал, что я поступила правильно. Понимала: ничего хорошего из брака с Талгатом не получится, я буду постоянно зависеть от него, ждать, когда вернется, гадать, где он, с кем, и страдать, страдать... Кроме того, с ним моя профессиональная жизнь скорее всего закончилась бы. Какому восточному принцу понравится, что жена вечно отсутствует? А я хотела жить свободно, сниматься, самостоятельно принимать решения. К счастью, первая любовь не ранила до такой степени, чтобы на всю жизнь осталась в душе калекой...

Однажды на Свердловской киностудии сидела в гримерной, мне делали прическу для кинопроб. Подняла глаза, чтобы посмотреть на результат, и в зеркале увидела, что в дверях стоит Талгат и пристально за мной наблюдает.

— К сожалению, сегодня должен улетать, — сказал он.

— Ничего, еще встретимся.

Вечером сидели в ресторане с Колей Еременко, который тоже снимался в Свердловске, вспоминали студенческие времена. «Талгат так хотел остаться! — сказал он. — Но администратору не удалось поменять билет». Кто же тогда знал, что это наша последняя встреча?! Через месяц Талгата убили...

До сих пор до конца неясно, как и почему это произошло. Еще в студенческие годы они с Еременко увлеклись восточными единоборствами. Уроки дзюдо и карате им преподавал студент из Марокко, обладатель черного пояса. Тренировались ребята в подвале ВГИКа, там были настелены маты, на которые они друг друга бросали, отрабатывая приемы. В специальных белых костюмах Нигматулин и Еременко смотрелись великолепно. Когда Талгат поступил в институт, он был совершенно необразованным человеком, но к знаниям очень тянулся, оказался пытливым и въедливым и если чем-то увлекался, то погружался с головой. Думаю, что его как раз и сгубило увлечение восточными практиками: он относился к ним очень серьезно, канонически следовал всем постулатам. Вот с Колькой ничего подобного произойти не могло — он был прагматиком. А Талгат — абсолютным романтиком. Нигматулин обожал Тосиро Мифунэ, этот японский актер стал его кумиром.

Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или