
Кирилл во многом фантастически напоминает своего отца — слова, жесты, голос… Раньше, когда не было определителей номера, до обращения «Ир» или «Мам» я вообще не могла понять, кто звонит! Но, несмотря на внешнее сходство, видно, постарался стать противоположностью Саши в своем отношении к людям и жизни.
Сын Антоний его обожает, они очень близки. Если папа уезжает на гастроли, там целая трагедия. Потому что они много времени проводят вместе — гуляют с разговорами, ходят в кино, музеи. Даже когда Тони был совсем крохой, Кирилл прекрасно справлялся с детской смесью, сам пеленал, менял подгузники! Интересно, помнит ли Александр Яковлевич, как я однажды оставила нашего двухмесячного ребенка на него? О! Это была комедия! Мне нужно было отойти в женскую консультацию — подписать больничный лист. Саше я выдала самые, на мой взгляд, не напрягающие указания: не трогать дите, не разматывать пеленки, будет плакать — дать соску. Не было меня всего час. Когда я вернулась, Кирилл лежал без пеленок, орал как сирена, а Толмацкий скрывался в туалете. Оказалось, он все же решил сменить пеленку, а потом его вырвало и продолжало тошнить до момента моего появления дома. Но это так, штрих о том, насколько они разные.
Кирилл совсем не Energizer, он спокойный. Не любит раздувать из мухи слона или строить воздушные замки, чтобы потом через них сто лет карабкаться. И, конечно, по-человечески я понимаю Сашу — действительно обидно, когда с сыном, «созданным тобой проектом», нет даже минимальных отношений. И догадываюсь, что это настоящая причина, по которой он так старается лишний раз задеть Кирюху в печати. Но может, просто пришло время что-то поменять в себе? А не только стенать: ах, я внука видел только один раз! Ведь прекрасно знает, что и второй раз мог бы быть, если б сам время нашел. Однажды мы возвращались с Тони из зоопарка, ехали как раз мимо офиса моего бывшего. И что-то меня кольнуло, набрала его номер: «Я сейчас с внуком, хочешь заедем?» Саша сказал, что занят.
И с Кириллом они встречались, только сыну одного дня хватило, чтобы понять — ничего не изменилось, все по-старому. Не уговаривала, конечно, но жизнь длинная, а родных людей в мире не так и много... «Ну, может быть, отец советует тебе действительно что-то дельное, он опытный человек, да и не чужой нам». «Ты сама-то в это веришь? — засмеялся Кирилл. — Он в упор не видит во мне сына! Даже разговаривал как с «объектом»!» Да уж представляю — это сделаем, то запустим, везде и одновременно... А у Кирилла своя дорога, и назад он возвращаться больше не хочет.
Возможно, если Саша когда-нибудь пересмотрит свое потребительское отношение, все еще может наладиться. Мне кажется, это несложно. Надо просто смириться с тем, что проекта «Децл» великого продюсера всех времен и народов Александра Толмацкого больше не существует, а есть сын и исполнитель, который сам по себе…