Полная версия сайта

Татьяна Бучкина. Жертвоприношение Александры Завьяловой

Эксклюзивное интервью с дочерью актрисы, в котором она рассказывает о трагической судьбе Александры Завьяловой.

Александра Завьялова

Она не хотела себя показывать людям, отказывалась от телепередач, маме хотелось, чтобы ее помнили ослепительной красавицей. Я всегда это желание поддерживала: оберегала от «желтой» прессы, пресекала набеги журналистов, но они все равно подкарауливали маму у подъезда с фотокамерами, звонили в дверь. Я предупреждала: «Будь осторожна». А она была очень наивной, доверчивой и принимала за чистую монету интерес к себе. А ее пытались снять в неприглядном виде. Грета Гарбо, с которой маму сравнивали, между прочим, тоже сторонилась журналистов и отказывалась показывать себя в старости...

— А вы не пытались лечить брата, помочь ему побороть болезнь?

— У Пети имелись все шансы стать нормальным человеком. У него была старшая сестра, которая могла примчаться, все устроить, помочь. Мама, готовая отдать ему свою жизнь. А главное, ребенок, которому он обязан помогать, нести ответственность за него. Мама любила Петю как умела, она считала, что у Тани все в порядке: муж, дети, работа — а Петя болен и он только ее...

Я определяла Петю в клинику не один раз. Но лечения хватало максимум на полгода. Весь период реабилитации он жил у нас на даче: мы жгли костры, Петя жарил шашлык, все вроде было нормально. Но как мы со временем поняли, он просто ждал того момента, когда снова сможет расслабиться. Бывало, через неделю расшивался. Все было бесполезно. «Таня, — говорил он, — тебе этого не понять, потому что ты не алкоголик».

Мне было тяжело бороться. Однажды сказала:

— Делай что хочешь. Петя, ты взрослый, тебе уже сорок лет, не мальчик. Нужна будет помощь — звони, помогу, чем смогу.

А он ответил:

— Больше я подшиваться не стану!

К Пете у мамы была какая-то безусловная любовь, просто свет в окошке. Принимала любым. Почему-то считала себя виноватой перед сыном. Но и меня она любила. Очень переживала, что не стала мне помощницей, обычной бабушкой, как все. Я не могла на нее оставить детей. Она была совершенно не приспособлена в быту, о таких говорят «не от мира сего». Мама чувствовала вину и передо мной, все чаще говорила: «Танечка, я тебе ничем в жизни не помогла... Как ты все сама, как детей вырастила двоих? Я бы так не смогла... Ты за меня, за всех нас работаешь». Говоря «нас», она имела в виду себя и Петю. Мама никогда его от себя не отделяла. Он и в сорок лет продолжал быть для нее ребенком. Самым любимым, самым беспомощным, самым несчастным. И она своей жалостью его губила...

В последний год Петя очень изменился, водка сделала свое черное дело. Он скрывался от меня, когда пил. Мы созванивались с братом за день до случившегося.

Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или