Полная версия сайта

Долгое Прощание

История любви одного из лучших поэтов Серебряного века Владислава Ходасевича и писательницы Нины Берберовой была долгой, мучительной и трагичной. Что связывало этих двух людей, несхожих как «стихи и проза, лед и пламень»?

Анна Ивановна Чулкова
AD

Нина часто оставалась у него на ночь. Владислав что ни день клялся в любви, а недавно устроил для нее настоящий пир, потратив весь гонорар на бутылку красного вина и пирожные. Берберова уже чувствовала себя его женой и вдруг узнала новость, которая ее ошеломила: Корней Чуковский обмолвился, что на днях возвращается из санатория Нюра, жена Ходасевича! Как же так, выходит, он все это время врал? Нина сначала испытала ярость, а потом впала в тоску.

Жена Ходасевича — Анна Ивановна Чулкова, или Нюра, как называли ее близкие друзья, — несколько месяцев лечилась в Детском Селе от туберкулеза. Вернувшись, она обнаружила на кухонном столе следы давешнего пира — ту самую недопитую бутылку вина и обертки от «корзиночек». Муж, стыдясь, признался, что пировал с Ниной Берберовой. Кто она такая? Молодая поэтесса, учится у него писать. Звучало вполне невинно, но Нюра-то отлично знала, что такое поэтическое покровительство в их литературном кругу! Когда, к примеру, Гумилев часами просиживал в кафе с начинающей поэтессой, это почти всегда означало, что у Николая очередной роман.

Но на сей раз Нюра ошиблась: то, что случилось с ее мужем, оказалось не рядовой интрижкой маститого литератора, а настоящей одержимостью. Никогда Владислав не испытывал подобного чувства ни к одной женщине, а опыт по этой части у него имелся. Позади были разрыв с первой женой — эксцентричной красавицей и богачкой Мариной Рындиной и романтическая связь с женой приятеля Павла Муратова Евгенией, которую Ходасевич называл своей музой. Хорошенькую, живую и ужасно непрактичную Нюру Владислав, не прилагая особых усилий, увел у бывшего одноклассника, ее тогдашнего гражданского мужа Александра Брюсова, младшего брата знаменитого поэта.

С Нюрой они были вместе десять лет, многое за эти годы пережили — революцию, голод, холод, болезни. При Нюре родился один из лучших поэтических сборников Ходасевича «Путем зерна». В Москве Владислав вел занятия литературной студии Пролеткульта, потом по протекции Горького заведовал столичным отделением издательства «Всемирная литература». В Петербург супруги перебрались на вольные хлеба, чтобы Ходасевич мог заниматься только литературой, однако северный климат оказался пагубным для здоровья Нюры — возник туберкулез. По настоянию врачей она поехала лечиться, а мужа тем временем увели.

И что теперь делать? Опыт друзей подсказывал: нужно смириться, выждать. Тем более что Владислав, которого терзали угрызения совести, целовал Нюре руки, просил прощения, давал обещания. Она верила, а он к восьми вечера опять бежал встречать Нину с лекций. Упорно продолжал ее преследовать, клясться в любви и посвящать стихи. Иногда Ходасевичу все же удавалось проявить выдержку, он сидел пару дней дома, пытаясь заглушить душевную боль молитвой к Мадонне. Еврей по матери и поляк по отцу, Владислав Фелицианович считал себя католиком. Слушать весь день монотонный, порой срывавшийся то ли на плач, то ли на крик голос мужа Нюра была не в силах. Сначала затыкала уши, а потом накидывала пальто и по морозу, с непокрытой головой сама бежала за Ниной, благо жили рядом.

AD
Подпишись на канал 7Дней.ru
Загрузка...




Комментарии



Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или