Полная версия сайта

Вдова Владислава Стржельчика о внебрачном сыне мужа: «Владик упорно отрицал свое отцовство»

Людмила Шувалова рассказала о годах семейного счастья, которое ничто не смогло омрачить.

Владислав Стржельчик
AD

— А вдруг не вернусь?

— Господи, и без театра люди живут. Нам что, нечем заняться?

— Без театра мне жизнь не нужна.

Страшно даже вспоминать то время. Обследование в Военно-медицинской академии показало, что муж неоперабелен. Владика перевезли в сто двадцать вторую санчасть, где единственным, в чем он нуждался, были мои руки, которые помогали, поддерживали разрушающийся организм. Но становилось все хуже, Владислав Игнатьевич окончательно перестал говорить. Все делали вид, что его активно лечат: приходили врачи, назначали какие-то процедуры. Я понимала, что бессильна, и моя паника передавалась Владику. В какой-то момент уже слабеющим разумом он понял, что я вру, но поддерживал обман, не хотел огорчать...

В театре Владислава Игнатьевича искренне любили и страшно переживали. Руководивший БДТ Кирилл Лавров отменил празднование своего семидесятилетия: «Какие могут быть юбилеи, когда умирает Стржельчик!» В какой-то момент Кирилл не выдержал:

— Так нельзя. Надо все-таки попытаться что-то предпринять.

— Но он неоперабелен!

— Мне рассказали, что в Нейрохирургическом институте есть доктор, который берется. Вдруг случится чудо?

Конечно, я согласилась: это была последняя надежда, ухватилась за нее как за соломинку. Все шесть часов операции провела в больнице, чтобы услышать от хирургов: она прошла успешно. Но когда как на крыльях прилетела домой, мне позвонила жена нашего друга Юры Шевченко, начальника Военно-медицинской академии. Рита сказала: «Людочка, не обольщайся. Опухоль так расположена, что полностью ее убрать невозможно...»

Тем не менее Владичка начал вставать с кровати, даже выходить в коридор. Говорить он по-прежнему не мог, но взгляд стал более осмысленным. Я думала: «Как хорошо! Ну и пусть не говорит. Но живет!» Благодаря мэру Петербурга Анатолию Собчаку мы смогли поехать в загородный санаторий, где я даже выводила мужа в сад. Полтора месяца там прожили.

Когда Владислав Игнатьевич слег окончательно, вновь перевезли его в Военно-медицинскую академию под наблюдение врачей. Дома я с ним не справилась бы. Нанимать сиделок было как-то не принято, да я бы и не доверила Владика чужому человеку. В больнице все-таки медсестра всегда подбежит, поможет перевернуть, сделает укол.

AD
Подпишись на канал 7Дней.ru
Загрузка...




Комментарии



Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или