Полная версия сайта

Крис Кельми: «Мы давно уже не муж и жена, а соседи по квартире»

Знаменитый музыкант откровенно рассказал о том, почему его семья фактически распалась, а сын с ним не разговаривает.

Группа «Рок-ателье»

Татьяна Ивановна Пельтцер, по соседству с которой я жил, приглашала на чай и рассказывала про театр, чтобы мы быстрее привыкали к его порядкам. «Будут завидовать, подсиживать, а как без этого?» — предупреждала она. Казалось бы, какие у нас могут быть пересечения с актерами: они играют роли, мы — музыку? Струны нам, конечно, не перерезали, тем не менее неуловимые флюиды зависти витали в воздухе. Группа «Рок-ателье» была в фаворе. В отличие от «Аракса» нас Марк отпускал гастролировать, специально делая окна в репертуарной сетке. Нам это было важно, чтобы не утратить форму и остроту ощущений.

Спустя некоторое время Захаров поделился идеей нового проекта. «Только его вряд ли примут», — вздохнул он. Речь шла о «Юноне и Авось». «Крис Арьевич, — так он меня называл, — чтобы легче прошла «Юнона», надо для начала сочинить спектакль про БАМ».

Захаров умел даже идеологически правильную постановку о комсомольской стройке, где на сцене махали красными флагами, сделать задорно и музыкально, чтобы на нее пошел зритель. Замысел удался, спектакль «Люди и птицы», для которого я писал музыку, приняли, и мы взялись за «Юнону и Авось».

— Я не вокалист! Я не могу петь! — первым делом заявил Николай Караченцов.

— Ничего, научитесь, — ответил ему худрук.

С актерами вообще, как оказалось, работать непросто. «Александр Гаврилович, — обращался Захаров к Абдулову на репетиции «Юноны», — вы пятнадцать минут объясняете мне и всей труппе, что не успеваете из Пылающего еретика переодеться в костюм для следующей сцены. Вместо того чтобы говорить, взяли бы уже и переоделись».

Мы очень подружились с актерами, игравшими в спектаклях с нашим сопровождением, а Паша Смеян получил одну из центральных ролей в «Юноне...» — Главного Сочинителя. Работали над постановкой долго, сложно, добиваясь единого звучания разных стилей. В спектакле сплелись воедино рок, хор, колокола, церковные песнопения. Это была школа жизни и мастерства. Я ходил на все репетиции, наблюдал, как Захаров выстраивал мизансцены, вытаскивая из актеров нужные ему эмоции.

Комментарии




Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или