Полная версия сайта

Наталья Кадочникова. Деда погубило предательство

«Я пыталась разобраться в этом деле. А потом мне позвонили и прямо сказали, что копать не надо».

Самолюбивый Павел решил во что бы то ни стало покорить неуступчивую барышню и стал за ней вовсю ухаживать. Покупать цветы ему было не по карману, но он нашел выход из положения: начал возить с охоты еловые лапы. Остальные девушки заволновались, и на очередном комсомольском собрании какая-то активистка потребовала:

— Пускай Кадочников свое поведение объяснит: на каком основании он дарит Розе Котович елки? Какие у него намерения?

— У меня серьезные намерения — жениться хочу, — заверил собрание дед.

Конечно, все отговаривали Розалию с ним встречаться, ведь было известно, что у Кадочникова есть сын. Только Котович уже влюбилась по уши, на чужое мнение ей было наплевать.

Вскоре она выяснила отношения с женихом и объявила Павлу: «Я свободна!» Это был уже последний курс училища, ставили «Снегурочку», дед играл Леля, а бабуля — Купаву. Успех был потрясающий, они с этой «Снегурочкой» и в ТЮЗ попали. Перед свадьбой «доброжелатели» твердили: «Зачем тебе этот алиментщик нужен?» А потом, когда дедуля стал знаменитым, те же люди говорили: «Конечно, ты знала, за кого выходить замуж».

Они расписались, но съехались не сразу. Деваться молодоженам было некуда. Розалия жила в общежитии, а Павел в одной комнате с отцом, мамой, сестрой Зоей и семьей брата Коли. Но мой прадед, Петр Никифорович, сказал: «Хватит бегать туда-сюда, это не по-людски. Поженились, значит, отгородим вам угол ширмой». Так и ютились какое-то время, пока от ТЮЗа не дали комнату.

В конце декабря 1944 года в Тбилиси, в эвакуации, в семействе Кадочниковых появился долгожданный ребенок — мой папа Петя.

Если мама мне что-то запрещала, бабушка тут же разрешала

После войны вся семья вновь собралась в Ленинграде, и бабушка ушла из театра. Чего ей это стоило, можно только догадываться. Она была прекрасной актрисой, но еще и настоящей женщиной, поэтому и сделала выбор в пользу семьи. Не принесла себя в жертву, вовсе нет. В то время с ними жила родная сестра Розалии — «мама Маруся», бабушка актера Леши Нилова, которая очень помогала и с детьми, и по хозяйству. Да и дед уже добился известности, сыграв летчика Мересьева в «Повести о настоящем человеке». Вполне могли нанять няню с домработницей. Просто Розалия предпочла стать «домоправительницей», и деду это было приятно.

С той поры они никогда не расставались надолго.

Розалия ездила с мужем по стране и не давала шагнуть «за черту»: любимцу публики всегда много наливали, а он считал неудобным отказывать людям в общении. Бабушка была начеку и в какой-то момент говорила строго: «Так, стоп, Павел, едем домой!» И дед беспрекословно слушался, а его друзья-приятели считали Розалию за это стервой. Он король, конечно, был — звезда. И все жили и крутились вокруг него, вокруг его успеха. Прощали ему любые недостатки. Хотя разве можно увидеть какие-то недостатки в человеке, которого носят на руках, причем в самом прямом смысле (известен случай, когда его и Дружникова таким образом с триумфом пронесли от гостиницы «Аркадия» до Одесской киностудии). В общем, Розалия Ивановна зорко следила, чтобы все выглядело достойно.

Может, кому-то бабуля и казалась излишне жесткой, но на самом деле она была ангелом-хранителем и деда, и дома.

Иногда, правда, дед с бабушкой все-таки ругались. Но она как-то незаметно умела настоять на своем. Помню, какой крик стоял после переезда: решали, куда поставить шкаф. Я убежала по своим делам, а когда вернулась, шкаф стоял там, где хотела Розалия Ивановна. Дед сидит, смотрит на шкаф и говорит: «Ты посмотри, ведь Роза со мной спорила, а как он тут хорошо смотрится».

После ссор в семье быстро наступал мир, дед и бабушка отправлялись в спальню, где перед сном читали друг другу, делились новостями. Этот ритуал существовал много лет. Кадочников вообще шагу не мог ступить без своей любимой жены.

А та о нем бесконечно заботилась: «Павлинька, Павлинька, давай закапаем капли в глаза...» Дед ворчал, но было видно, что он от этого млеет. Бабушка всегда была рядом, он был ее жизнью, любовью, другом — всем.

Она умела создать уют, прекрасно готовила, ведь стряпать приходилось беспрерывно: в доме постоянно толпился народ. Помню, когда дед снимался в фильме Никиты Михалкова «Неоконченная пьеса для механического пианино», его коллеги: Юрий Богатырев, Олег Табаков, Александр Калягин — заходили попить чайку. С Богатыревым мы особенно подружились. Мне было лет восемь, когда приехала в Москву с дедом и впервые попала в гости к дяде Юре. Он показал свои рисунки. Эта яркая комната, сплошь увешанная разноцветными листами с акварелями, до сих пор стоит перед глазами.

Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или