Полная версия сайта

Феликс Розенталь о скандале вокруг мемуаров Хрущева

В практике спецслужб нередки случаи, когда к проведению секретных операций привлекают людей со стороны. Их используют втемную, не посвящая в замысел, но иногда спустя годы они сами неожиданно находят разгадку тайн разведок и контрразведок.

Книга «Хрущев вспоминает» вышла в 1970 году

входило в состав гигантской корпорации «Тайм Инк.», занимавшей лидирующие позиции на рынке СМИ. Она была «избалована» эксклюзивными материалами и не стала бы платить много даже за книгу Хрущева. Надо учитывать еще, что журналы «Тайм» и «Лайф», принадлежавшие корпорации, имели аккредитацию на работу в СССР, которую было не просто получить, и руководство могло не захотеть рисковать достигнутым положением в закрытой для многих иностранных корреспондентов стране.

Луи гораздо выгоднее было обратиться к тем, для кого публикация мемуаров советского генсека являлась возможностью разом обрести международный статус, который у «Тайм Инк.» и так уже был. Издательства, мечтающие встать в один ряд с гигантами рынка, заплатили бы за такую книгу любые деньги.

Но Луи идет не к ним, а в «Тайм Инк.» и, стало быть, теряет деньги. Так почему?

Ответ заключается в том, что эта корпорация занималась синдикацией, то есть продавала другим СМИ по всему миру права на перепечатку своих материалов. Главы из воспоминаний и статьи из журналов «Тайм Инк.» прочел весь мир. Андропов верно рассчитал: чем больше будет у всей этой истории общественного и политического резонанса, тем сильнее будет скомпрометирован Хрущев на родине.

Книга Кеворкова помогла мне разобраться и с мучившим меня вопросом: зачем понадобилось отправлять нас с Вадимом в Париж? Прочитав ее и сопоставив все даты, я понял: процесс подготовки мемуаров к печати слишком затянулся. Прекрасно спланированная операция застопорилась.

Андропов находил этой паузе два возможных объяснения.

Первое — естественные сомнения издателей: а вдруг мы что-то не так поняли, тогда публикация ударит по нашим журналам и мы лишимся аккредитации в Советском Союзе. У Луи, доставившего пленки, была слишком неоднозначная репутация, чтобы полностью ему доверять. Что если он все-таки действовал в одиночку? Стоит ли идти на такой риск?

И второе — то, что человек, занимающийся разведкой, исключить не мог: не понадобилось ли это время американцам для того, чтобы хорошенько «поработать» над мемуарами?

Надо было каким-то образом срочно дать понять издателям, что воспоминания пора выпускать, гонений не будет, если в книге не появится неожиданных «дополнений» вроде выпадов в адрес Брежнева.

Одни из главных героев этой эпопеи: Строуб Тэлботт (слева) и Джерри Шектер

«Вестником» должен был стать человек, которого не только знали бы в корпорации, но и были уверены, что он связан с Комитетом госбезопасности.

Именно поэтому выбор пал на меня. Я являлся сотрудником «Тайм Инк.», а практически всех советских граждан, работавших на западные издания, иностранцы считали агентами КГБ. Да еще друг Вадим положительно охарактеризовал меня начальству: сказал, что я пользуюсь доверием американцев.

Но поскольку у меня не было опыта выполнения подобных поручений, в Париж отправили еще и профессионала — Бирюкова. Он должен был подстраховать в случае возникновения непредвиденной ситуации.

Подпишись на канал 7Дней.ru

Комментарии




Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или