Полная версия сайта

Валентина Шарыкина о роли пани Зоси, влюбленности в Андрея Миронова и боязни стать матерью

Достала себе шубку из козьих лапок. Иду вся из себя счастливая. И Наташа Селезнева идет, как всегда обаятельная, очаровательная: «Валька, как я тебя люблю! Ты где шубку-то взяла?»

Зима, снег, все на лыжи, в лес, и я за компанию, хотя кататься не умею, все падаю и падаю. Никому до этого нет дела, а тут красавец-парень меня, корявую, поднимает, я падаю, он опять поднимает. Да еще и стихи читает. Включилась дурацкая благодарность девушки, на которую впервые обратил внимание мужчина, и это сыграло свою роковую роль. Мы вернулись в Москву и очень скоро стали жить вместе. Бабушке мой муж не понравился, вот уж в ком кровь шляхтичей бурлила, так это в ней. Внимательно рассмотрела моего избранника и сказала: «В наше время такими были приказчики».

Муж жутко меня ревновал, не давал свободы. Стоит реснички подкрасить — скандал, задержалась — нервотрепка.

Несерьезный у нас был брак, когда расставались, помнится, даже подрались из-за каких-то книжек.

А потом на съемках фильма «Майор Вихрь», где я играла эпизодическую роль, познакомилась с режиссером Евгением Ташковым. Меня поразило его доброе, внимательное отношение к актерам, он знал имена всех, кто с ним работал, даже артистов массовки.

Между нами завязался роман. Ташков не скрывал, что женат, но лишь спустя время я узнала, что его супруга — актриса Екатерина Савинова. Когда выяснилось, что Катя серьезно больна бруцеллезом и страдает нервными срывами, ни он, ни я не стали продолжать отношения, для нас обоих это было неприемлемо. Мы расстались, как я считала, навсегда.

Но от судьбы, как говорится, не уйдешь.

Миронов не скрывал своих романов, он был мотыльком: сегодня один цветочек, завтра другой, а мне «времянкой» быть не хотелось

Однажды, когда я была с театром на гастролях, позвонил Женя и коротко сказал: «Катя погибла. Приезжай».

Спектакли закончились, и я вернулась в Москву. Женя постоянно искал встреч со мной, а увидев, уговаривал переехать к нему. В какой-то момент поддалась его натиску.

Очень привязалась к сыну Ташкова Андрею. Добрый, умный мальчик, мне доставляло удовольствие заботиться о нем. А вот в отношениях с Женей очень скоро возникло непонимание. Он прекрасный режиссер, счастьем было работать с ним в картине «Дети Ванюшина», но творческим людям трудно существовать под одной крышей, кто-то должен постоянно отказываться от своих интересов ради другого. Я не могла, театр, пусть скажу громко и пафосно, был для меня всем на свете.

Когда Андрей уже был на четвертом курсе Щукинского училища, сказала ему: «Я была нужна тебе как опора.

Но теперь ты взрослый человек, у тебя своя жизнь, а у меня — своя».

Расстались мы с Ташковым хорошими друзьями. В прошлом году Евгений Иванович умер, ему исполнилось восемьдесят пять лет. Он прожил большую интересную жизнь, и мне хочется помянуть его самыми добрыми словами.

Неправильно винить одних лишь мужчин в неудавшихся отношениях, я и сама была к семейной жизни не готова и даже знаю почему: никогда не воспринимала мужчин всерьез, спасибо родному папе.

Вот тут необходим маленький экскурс в историю нашей семьи.

Отец мой, Дмитрий Шарыкин, был военным летчиком, инженером, автором задачника по электронным машинам, умнейшим человеком. К тому же потрясающе красивым, бабушка у него была турчанкой. А где восточная кровь, там и громадная любвеобильность.

Родители прожили вместе десять лет, любили друг друга, но, как говорится, «с глаз долой — из сердца вон». На фронте у папы начался роман с медсестрой. Женщина делиться любимым не захотела и прислала маме письмо: «Уважаемая Ирина Антоновна, я беременна, а ваш муж, Дмитрий Сергеевич, больше вас не любит и счастлив со мной». Мама переслала письмо отцу и гордо отказалась от алиментов. С медсестрой папа не остался, но и домой не вернулся, потом у него было еще несколько жен, от которых в общей сложности родилось девять детей.

А мама много лет одна тянула меня, моего родного брата и двух папиных сыновей от предыдущего брака.

Несколько слов о моих братьях. Алик, родной по крови, рано ушел из семьи: мама боялась, что он станет босяком, бандитом, потому что рос «бесхозным», без мужской сильной руки. Устроила его в Суворовское училище, откуда он пошел в армию. Так мы и жили все время врозь. Когда Алик приезжал, у нас был праздник, мы с мамой его очень любили. У него огромная семья: жена, дети, внуки, он настоящий полковник — и по званию, и по состоянию души. А вот с приемными жизнь нас развела-разметала, мама поставила их на ноги, а дальше каждый пошел своим путем.

Был момент, когда появилась возможность впервые увидеться с отцом.

Подпишись на канал 7Дней.ru


Комментарии



Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или