Полная версия сайта

Владимир Шевельков о том, как чуть не ослеп, любимой жене и работе барменом

«Знаю, что должен сейчас подойти к нему и сказать: «Слышь, ты, урод, давай выйдем, поговорим!», но молчу. Женщина, заплакав, уходит, а вслед ей несется издевательское: «Гы-гы-гы!!!»

Он переписал его с первой до последней страницы и сочинил стихи для двух замечательных песен — «Вдвоем» и «Белый конь». А атмосферу на съемках создал такую, что за два месяца каторжной работы — рано утром мы все садились в поезд, а на землю ступали ближе к полуночи — никому в голову не приходило пожаловаться на усталость или что из-за мизерного бюджета постоянно не хватает то одного, то другого. Многие трюки мы с Игорем Шавлаком выполняли без дублеров: бегали по крышам вагонов, платформам, тушили огонь, глотая дым. Обходилось без ЧП почти до самого конца съемок...

Отработав в последнем эпизоде с моим участием, я забрался на верхнюю полку и заснул. Группа меж тем продолжала трудиться – готовились снимать, как неуправляемый поезд (тот самый, в котором я досматривал десятый сон) собирается затормозить посланный на выручку тепловоз.

По сценарию он совсем немного не успевал нас догнать, поскольку врезался в застрявшую на рельсах фуру. Сцену снимали из автобуса. Когда закончили, дали команду «Стоп!», но по недосмотру рация оказалась только в поезде. То есть машинист тепловоза не остановился и реально влетел в зад нашему составу. Все двери в вагоне выбило, тамбур покорежило. А я улетел в противоположный угол купе, шарахаясь головой обо все, что попадалось на пути. Получил неслабую контузию, потерял зрение. Не то чтобы совсем ослеп, но было ощущение, будто голову засунули в кастрюлю с густым серым киселем. Прибежали Наташа Вавилова с Игорем Шавлаком. Попытался объяснить им, что ничего не вижу, но вместо слов из горла вырывались какие-то невнятные звуки.

Случись такое сейчас, я бы, наверное, испугался.

Владимир Шевельков и  Ирина  Лобачева на проекте «Ледниковый период»

А тогда было по фигу — интересно даже. Часа через два зрение и речь восстановились, но еще с неделю, не меньше, я по сто раз на дню отвечал на вопрос о своем самочувствии. Мне не стали диагностировать ни контузию, ни сотрясение мозга, иначе пришлось бы класть в больницу — и тогда руководству съемочной группы грозила уголовная статья за несоблюдение техники безопасности. Сейчас о том ЧП напоминают лишь «черные мухи», которые нет-нет да начинают роиться у меня перед глазами.

Из «Десерт-холла» я ушел, по сути, в никуда. Сидел дома, тупо пялясь в телевизор. И однажды увидел в «ящике» рекламу — дурацкую пеструю заставку с объявлением: «Продается...

Звонить по такому-то номеру». Да это же то самое, чем я хочу и могу заниматься! Хочу снимать, пускай и рекламу! О режиссуре я начал думать давно, когда еще играл в «Принце Флоризеле». И вот, возможно, получится самостоятельно снять фильм. Длиной всего в тридцать-сорок секунд, но с законченным сюжетом, необычной средой, выстроенными образами. Набираю показанный по телеку телефонный номер:

— Хотите хорошую, а не ту, что у вас, рекламу?

— А ты кто такой?

Представляюсь.

— Можно попробовать.

Начинаю работать и понимаю, что это доставляет мне колоссальное удовольствие.

Сам процесс съемок, творчество, по которому я — не признаваясь самому себе! — оказывается, страшно тосковал, варя кофе и смешивая коктейли.

Первый опыт был принят заказчиком на ура. Я нашел специалиста, который занимался финансами, творческий и технологический процессы контролировал сам. И дело пошло! Именно я открыл первый в Питере независимый кино-видео продакшн — «Студию ТМ-100». Потом студию «Актер», рекламное агентство Сlassic. Вслед за ними — рекламное агентство DA&N, СДС-продакшн. Сегодня моя компания — это киностудия «Арго». И она занимается тем, чего я хотел всю жизнь, — кинопроизводством.

Но это сейчас. А тогда мы снимали ролики для торговавшей электроникой компании «Рубикон», продвигали бананы и фруктово-ягодные соки, рекламировали «вольво» и «мерседесы».

Я крутился как белка в колесе, спал по два часа — и зарабатывал очень неплохие по меркам начала девяностых деньги. Тридцать долларов в месяц. К слову, моя будущая жена, приглашенная на работу как демонстратор одежды одним из крупных итальянских модельных агентств, получала сто долларов в день. И если меня разница в наших доходах немного смущала, то Ирину — нисколько...

Мы познакомились на одной из вечеринок, куда ее пригласили приятели, а меня притащил брат. При первой встрече я отметил, что девушка необычайно хороша собой, при второй, третьей и четвертой понял, что за идеальной внешностью кроется личность с удивительными человеческими качествами. Помню, не уставал поражаться: «Ни фига себе, она еще и умная!», «И добрая!», «И не заносчивая!», «И не меркантильная!»

Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или