Полная версия сайта

Франс Халс. Пророчество харлемской ведьмы

Упрямое желание Франса написать портрет Баббе напоминало наваждение. Не спуская со старухи глаз, он вечер за вечером просиживал в таверне.

Фото репродукции копии картины Ф. Халса «Портрет художника». Художественный музей Индианаполиса

Упрямое желание Франса написать портрет Баббе напоминало наваждение. Не спуская со старухи глаз, он вечер за вечером просиживал в таверне. Но полоумная все была недовольна и твердила, будто знать не знает уродину, что он изобразил... Художника душила такая злоба, что он еле сдерживался, чтобы не запустить кружкой ей в голову.

В первый день осени 1666 года в церкви Святого Бавона в голландском Харлеме проходили не совсем обычные похороны. Как правило, под сводами величественного собора хоронили лишь влиятельных и богатых горожан. Но на сей раз все — и немногочисленная погребальная процессия, и дешевый гроб — говорило о том, что земле предают тело жалкого бедняка.

Несколько зевак толпилось поодаль, силясь понять, чем же покойник заслужил подобную честь. Но увидев плиту, которой накрыли могилу, лишь озадаченно почесали в затылке. Только старожилы города помнили написанное на ней имя: Франс Халс...

Между тем лет за сорок до этого сентябрьского дня в Харлеме, пожалуй, не было более известного художника. А ведь выделиться в множащемся сонме местных живописцев в те годы было делом непростым. Удачи на этом поприще искали многие: художество слыло в Голландии начала XVII века выгодным ремеслом.

То было время, когда протестанты северных нидерландских провинций, наконец-то добившихся перемирия в кровавой войне за независимость от испанской короны, принялись рьяно украшать живописью свои ратуши, таверны и залы цеховых собраний. Аскетичные дома жителей, еще недавно служившие им крепостями, в которых они то оборонялись от осад, жестоко голодая, то прятались от кровавой резни, начали стремительно преображаться в очаровательные кукольные особнячки, утопающие в ярких цветах.

Не только богатые купцы, но и простые лавочники с мастеровыми с упоением вили гнезда. Пасущиеся стада, разухабистые кабацкие сценки, идиллические семейные будни, до блеска отмытые светлые комнаты, яркие букеты, аппетитная снедь... Любой голландец готов был выложить несколько гульденов за новое полотно и любоваться тем, как долгожданный мир, снизошедший на измученную родину, сияет с выбеленных стен его жилища во всем великолепии.

Немало искусных мастеров работало в Лейдене и Утрехте, Амстердаме и Гааге. Но именно в Харлем, прославленный своей Академией живописи, созданной Карелом ван Мандером, наезжало особенно много охотников за прекрасным. Так что торговля живописным товаром шла на площади Гроте-Маркт весьма бойко.

Особняком в этом изобилии стояли портреты. Лишь несколько членов харлемской гильдии Святого Луки, объединявшей городских живописцев, камнерезов и стеклодувов, были признаны портретистами. И Франс Халс считался лучшим из них. Стать героем его холстов мог тот, у кого гульдены водились в изобилии. Впрочем, порой моделью Франса становился и простой гуляка, выхваченный цепким глазом из кабацкой толпы. Кутилой Халс слыл отчаянным и частенько вечерами заглядывал в харлемские таверны.

Подпишись на канал 7Дней.ru


Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или