Полная версия сайта

Татьяна Геворкян: «Вани, которого я любила, нет...»

Пресса их окрестила «идеальной парой», поклонники ждали свадьбы. Но внезапно они расстались...

Ваня снова предлагает жениться, а я снова нахожу повод отсрочить свадьбу. Наверное, это неправильно, но я никогда, даже маленькой девочкой, не мечтала о свадьбе. И считала, что люди должны оформлять отношения только тогда, когда у них есть дети. Я поделилась с Ваней этой мыслью. Конечно, его мои слова очень сильно задели. А что касается детей, то он о них стал мечтать почти сразу же, как только мы стали жить вместе. Я же старалась, как мне казалось, мыслить разумно: «Ну какие дети в съемной квартире? Вот достроим свой дом, тогда...»

— А вы что, уже дом строили?

— Ваня очень хотел купить квартиру. Он ведь вырос в центре Питера и, естественно, мечтал жить в центре Москвы. Но я убедила его в том, что свежий воздух полезнее. Мои друзья как раз продавали на Рублевке хороший участок, и я уговорила Ваню его купить.

Мы вместе придумали проект дома, начали стройку...

— А дом кому в итоге достался?

— Дом остался у Ивана. Меня этот вопрос в то время вообще не занимал. Наверное, никто мне не поверит… но я жила с человеком, любила его и не думала, как мы будем все это делить… У меня и в мыслях не было ставить ловушки для Ивана. Для многих это прозвучит нелепо, ведь в наше время большая редкость, когда девушка не пытается всеми способами «залететь», женить, а потом переписать все на себя... Хотя некоторым мужчинам именно это и нужно, чтобы их за шкирку тащили в загс и вечно требовали денег. Им необходима женская цепкость… — А что ценил в ваших отношениях Иван?

— Он ценил меня!

— Он тебя ревновал к другим мужчинам?

— Конечно ревновал.

Когда встречали где-то моих бывших поклонников, злился. И начинал допытываться: «Кто это? И что у вас было?»

Или когда за мной начал ухаживать один очень состоятельный человек. Я провела вечеринку в компании, которой он управлял, и он запал. Ваню это очень расстраивало.

— А он этого поклонника-олигарха видел?

— Пару раз. Надо отдать ему должное, он относился к этой ситуации с юмором.

Однажды Ваня подарил мне профессиональную фотокамеру. Он знал, что я вслед за ним увлеклась фотографией...

Почему-то назвал его красивым восточным именем Фазиз. «Ой, посмотри, там твой Фазиз ведро цветов прислал!» — говорил он. Ваня прекрасно видел, что я от него ничего не скрываю, подарки возвращаю, в общем, серьезных поводов для ревности не даю.

— Именно в это время карьера Ивана стремительно начала набирать обороты?

— Все происходило волнообразно. Когда было много проектов, он всегда советовался со мной — на что соглашаться, на что — нет. А когда у него возникали проблемы (например, на МТV не продлили контракт) и он погружался в мрачные мысли, я старалась как-то его развеселить и вернуть веру в себя.

Ваня — перфекционист. Он очень критично относится ко всему, что делает.

Помню, печатает снимки, сделанные в очередной поездке, и сокрушается: «Ничего не вышло. Ни одного кадра стоящего, фокуса нет, композиция плохая...» А я смотрю и вижу потрясающие фотографии. Или сочинит песню, а она ему не нравится. «Это же хит, надо всем показать!» — восторгаюсь я. А он: «Нет, нужна другая аранжировка…» Ему все надо было отшлифовать до идеала…

— С ростом популярности Ваня менялся?

— Дома Ваня всегда был необыкновенно мягкий и покладистый человек. А на работе все чаще ему приходилось быть жестким и принципиальным, иначе ведь в шоу-бизнесе не выживешь. Он мог построить любого, независимо от чина, — от рядового корреспондента до генерального продюсера. Он часто повторял, что никогда не будет никому делать одолжение, ни перед кем заискивать и «отрабатывать субботники».

Бывали ситуации, когда его просили: «Вань, проведи вечер бесплатно нужному человеку…», но он тут же посылал всех куда подальше.

— Может, ему стоило и с тобой быть более категоричным?

— Наверное да. Со мной надо было быть построже! Все-таки порой мне хотелось, чтобы в нашем союзе доминировал он, чтобы он меня «построил», сам принял какое-то решение... Словом, он был очень жестким на работе и слишком мягким дома…

— То есть он был подкаблучником?

— Я бы не сказала... Но Ваня никогда мне не возражал и во всем со мной соглашался.

А женщине иногда так необходимо, чтобы на нее строго посмотрели и сказали, кто в доме хозяин. Порой я сама провоцировала ссоры на ровном месте, капризничала, и не только...

Это был уже третий год наших отношений. Я много работала, хваталась за все подряд и с ужасом понимала, что взвалила на свои плечи неподъемный груз. Всюду опаздывала, психовала и, конечно, весь свой негатив срывала на Ване. Моим успокоительным стал холодильник, я все вечера что-то жевала, пытаясь снять стресс. Наконец решилась пойти к невропатологу, чтобы он назначил успокоительное. Врач выслушала меня и выписала таблетки: «Месяц попьете, потом придете снова. Да, кстати, инструкцию не читайте, вам она не пригодится». Покупаю дорогой препарат, инструкцию на десяти страницах выбрасываю в ведро и начинаю пить.

И все постепенно становится таким радужным, спокойным...

Опаздываю на встречу — плевать, Ване что-то резкое сказала — ничего страшного! Через месяц прихожу к врачу — та уволилась. Что делать? Другой доктор сказал: «Если вам помогает, пейте. Ничего страшного!» Это потом оказалось, что я целых два года пила очень сильный антидепрессант! А остановиться не могу — у меня уже зависимость. Главное, особо и не пытаюсь, я же верю людям в белых халатах...

У меня начали появляться какие-то тревожные звоночки, например, состояние апатии, пропало ощущение реальности, я не чувствую ничего — всегда и все ровно!

Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или