Полная версия сайта

Юрий Соломин о брате: «Кое-кто выставляет нас с Виталиком чуть ли не врагами»

«Находясь на волосок от смерти, я видел туннель с ярким светом в конце», – вспоминает актер.

Юрий Соломин с внучкой

А мы с Акирой до конца его жизни оставались в хороших отношениях. В 1990 году Малый театр, где я уже несколько лет был худруком, приехал на гастроли в Японию, и там нам первым делом показали буклет со вступительным словом Куросавы. Он нас рекламировал — абсолютно безвозмездно. Потом были личные встречи: приезжая в Японию, я обязательно навещал своего «сэнсэя». Мы даже договорились, что Куросава поставит на сцене Малого театра «Идиота». К сожалению, не случилось. В сентябре 1998 года во время работы над фильмом «После дождя» Куросава-сан скоропостижно скончался от инсульта.

После «Дерсу...» я стал в Японии едва ли не самым популярным русским актером. Посему совсем неудивительно, что в следующем советско-японском фильме «Мелодии белой ночи» мне досталась главная мужская роль — ленинградского дирижера и композитора Ильи. Мою возлюбленную — пианистку из Токио — играла актриса Комаки Курихара. Популярность среди советских зрителей Курихаре принес фильм «Москва, любовь моя», где партнером Комаки был Олег Видов. А в Японии ее почитали не только за актерский талант, но и за то, что дала обет невинности. Наверняка этой девушке, будучи символом непорочности, было непросто играть любовные сцены, которые присутствовали в обоих фильмах. Но Комаки справилась — эти эпизоды получились искренними, трогательными и романтичными. В одном из интервью режиссер ленты «Мелодии белой ночи» Сергей Соловьев назвал себя «первым порнографом советского кино». Постельная сцена в фильме действительно присутствовала, но очень целомудренная.

В 1976 году меня пригласили на премьеру фильма «Мелодии белой ночи» в Японию. В одном из залов самого большого токийского кинотеатра демонстрировалась наша картина, в другом — «Эммануэль». И я впервые в жизни посмотрел эротическое кино. На пресс-конференции кто-то из журналистов поинтересовался:

— В чем, по-вашему, главное отличие этих фильмов? Ведь оба рассказывают о любви...

— Разница в том, — ответил я, — что на нашу картину люди будут покупать билеты, чтобы прикоснуться к чистой и светлой истории. А на «Эммануэль» нужно выдавать талоны по предъявлении справки от врача-сексолога. Безусловно, этот фильм сделан профессионально, но у вас не возникает ощущения, что вы все время подглядываете в замочную скважину?

Судя по смеху и аплодисментам, мой ответ журналистам понравился.

После съемок мы не виделись с Комаки больше двадцати лет. А в середине девяностых она приехала на Московский кинофестиваль как почетная гостья. И пришла ко мне в театр. Встретив на улице, я бы ее не узнал — изменилась очень, постарела.

В 1994 году в Москву прибыла королева Великобритании Елизавета II. В качестве места встречи с дипломатическим корпусом Ее Величеству предложили несколько вариантов, но она выбрала Малый театр. Возможно потому, что императорский. Ох и поволновался же я перед этим визитом! Время было такое, что хороших яблок нигде не купить. Сидим с директором театра, прикидываем, что будем на стол ставить, горюем.

— Виктор, — обращаюсь я к нему, — а ведь надо бы еще что-то подарить на память королеве-то...

Коршунов вскидывает на меня полные ужаса глаза:

— А что именно?

— Может, закажем хорошему мастеру палехскую шкатулку с изображением нашего театра?

Подпишись на канал 7Дней.ru
Загрузка...




Комментарии




Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или