Полная версия сайта

Татьяна Пилецкая: «Картина «Разные судьбы» поставила крест на моей карьере в кино»

Татьяна Пилецкая долгие годы удивлялась: откуда в ней такое упорство? Ответ она узнала только тридцать лет спустя.

AD

Первое время родителей не трогали. Как блокадникам им даже выделили дополнительный паек. Но уже через месяц папе принесли повестку с требованием явиться в исполком соседнего поселка Добрянка, где определили в крановщики и поселили в общежитие. Теперь он приходил в Полазну лишь в выходные: шел пешком тридцать километров. А еще через какое-то время его отправили на поселение — в город Краснотурьинск Свердловской области.

Вначале жил там за колючей проволокой, как и другие этнические немцы и раскулаченные крестьяне, мобилизованные в трудовую армию. Но отец и тут смог проявить артистические наклонности и организовал драматический ансамбль. Директору алюминиевого завода искусство оказалось не чуждо, и он разрешил отцу в определенные дни выходить за территорию лагеря, а потом даже переселиться в город.

Вот только пробыл папа в ссылке больше пятнадцати лет.

Забегая вперед, расскажу: в 1998 году я ходила в Большой дом — так в Петербурге называют бывшее здание НКВД — просила, чтобы дали посмотреть папино дело. С трепетом беру папочку, на ней написано: «Леонид Урлауб». Поверх исправлено на «Людвиг». Человеку поломали судьбу, украли столько лет жизни, даже не зная толком его имени! В дело оказались подшиты бесчисленные мамины прошения, перечеркнутые начальниками: «Я полагал бы отказать». Ничего себе формулировочка!

Я стала моделью для статуэтки Алексея Пахомова «Юная балерина» (это мой экземпляр, а оригинал хранится в Русском музее)...

В конце 1944 года с нашим хореографическим училищем я вернулась в Ленинград. Мама еще оставалась на Урале, и я поселилась в общежитии. Девчонки недоумевали: «Почему ты не идешь на свою Таврическую улицу?»

А я просто не могла, так было страшно. Знала, что родители распродали все, что смогли, а оставшиеся вещи заперли в одной из комнат — той самой, «половинчатой». Однажды все-таки решилась. На двери по-прежнему сверкала табличка «Л. Урлауб». Открыла незнакомая женщина, спрашивает:

— Девочка, тебе чего?

Я, конечно, заплакала: — Мы тут живем...

Мария Васильевна — так звали новую соседку — все сразу поняла, впустила, сбегала к управдому за ключом от нашего бывшего жилья.

Господи, что я пережила, переступив порог, — словами это не опишешь. Металась по этой комнате как сумасшедшая. Передо мной были жалкие остатки уюта, окружавшего меня с рождения. Адская боль!

Вскоре вернулась мама. У нее не было никакой профессии, и она устроилась в военное ателье напротив дома ночным сторожем: надо было на что-то жить. Платили там, конечно, гроши, но главное — выдали рабочую карточку. Я, окончив школу, поступила в кордебалет Театра эстрады, а затем в Театр музкомедии. Раз в квартал демонстрировала туалеты в Ленинградском доме мод, триста рублей, которые платили за конференцию — так тогда называли показ одежды, стали для нас серьезным подспорьем.

Смотрела на шикарные вещи, в которые меня наряжали: неужели и у меня когда-нибудь могут быть такие?

Однажды замечательный комик и симпатяга Анатолий Королькевич, снявшийся в фильмах «Антон Иванович сердится», «Музыкальная история», надоумил меня сфотографироваться и передал мои карточки в актерский отдел «Ленфильма». Сегодня смотрю вокруг: батеньки мои! Девочки дебютируют в кино сразу в главной роли и вмиг становятся звездами. А в моей молодости начинали с массовочки — четыре с полтиной за съемочный день, следующая ступенька — групповочка, и только потом — эпизод и упоминание в титрах.

Вот и в картине Григория Козинцева «Пирогов» я должна была играть эпизод — скакать верхом. На съемках стажировались студенты Григория Михайловича — Стасик Ростоцкий, Веня Дорман, Эдик Рязанов. Козинцев давал им подзаработать, занимал в эпизодах. Как-то меня определили в пару к Ростоцкому. Сижу верхом на лошади, Стасик стоит рядом. И вдруг моя лошадка решила подвигаться и раз — наступила ему копытом на ногу. Боль, должно быть, адская, а Ростоцкий никак не реагирует. Поймал мой ошарашенный взгляд: «Да-да, Таня, и такое случается». Оказалось, Стасик потерял на войне ногу и у него был деревянный протез.

AD
Подпишись на канал 7Дней.ru
Загрузка...




КОММЕНТАРИИ

  • 15.10.2014 15:42
    Татьяна Львовна написала, что ее не снимали возможно из-за того, что ее внешность не соответствовала типажу тех лет -доярок и колхозниц. Но у нас в то время играли невероятно красивые женщины, и их внешность тоже не соответствовала типажу доярок. Но тем не менее они играли. Алла Ларионова, Клара Лучко, Элина Быстрицкая, Ирина Скобцева, Ариадна Шенгелая, Людмила Хитяева, Людмила Чурсина, Людмила Целиковская, Любовь Орлова. Этот список еще долго можно продолжать. Поэтому дело тут совсем не во внешности. Режиссер же не виноват, что видит в этой роли другую актрису.
  • Аватар

    14.10.2014 10:52
    Интересная актриса. А роль и вправду оказалась роковой. Я с трудом ее вспомнила...

  • 14.10.2014 15:41
    Читать интервью было как-то неприятно. Оно просто пронизано раздражением,злостью,завистью.Да и сама эта Пилецкая довольно злая и эгоистичная особа.Видно голубая кровь и дворянские корни покоя старушке не дают.

  • #createdAt#
    #comment#
  • Не удалось отправить сообщение


    Загрузка...

    Войти как пользователь

    Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
    или