Полная версия сайта

Дочь Елены Прокловой: «Пять лет мама не общалась со всей семьей»

«Кажется, что мира можно достигнуть, лишь придя к консенсусу, на самом деле в жизни все сложнее…»

Елена Проклова

Целых пять лет мама не общалась не только со мной, но и со всей семьей Прокловых, вставшей на мою сторону. Я уже думала — это навсегда. Но вот открываются ворота, въезжает машина — мама! Мы молча обнялись...

Бар назывался «РВС». Так и не узнала, как это расшифровывалось. В начале девяностых я устроилась туда работать официанткой, потом стала барменом. Гуляли в баре в основном менты и бандиты. Но я не из робкого десятка. Однажды кто-то из наших постоянных посетителей принес журнал со статьей о Елене Прокловой. А там моя фотография с подписью: старшая дочь актрисы Арина Мелик-Карамова.

После этого относиться ко мне на работе стали с недоверием.

Решили — раз дочь звезды, значит, выпендривается, с жиру бесится. Обычно все так реагируют, поэтому я свою родословную не афиширую. Помню, еще девочкой, придя с мамой к ней во МХАТ, услышала за спиной: «Надо же! У красавицы Прокловой такая некрасивая дочь!» Стало страшно неудобно перед мамой, как будто ее подвожу. С тех пор остался определенный комплекс — взвешивать все, что происходит в моей жизни, с расчетом на публичность. Обратная сторона медали…

Так вышло, что мы с мамой никогда не жили вместе: меня воспитали бабушка с дедушкой. Она пыталась забрать к себе, но всякий раз не складывалось. Мы совсем разные, Елена Игоревна человек куда более целеустремленный.

До сих пор не может и секунды усидеть на месте. Обожает шить, вязать, копаться в огороде. Я — абсолютно другая. Более спокойная и размеренная. Любимое занятие — поваляться с книжкой на диване. Так что если мы чем-то и похожи — то силой характеров. Оттого и отношения развивались непросто: однажды так поссорились, что целых пять лет не виделись и не разговаривали. Вот тогда я и оказалась в ночном баре.

Сегодня былые бури улеглись. Я стала старше, мама — мудрее. Мы ежедневно общаемся. Вот только жаль, что нельзя вернуть годы, вычеркнутые из общей истории. А самое обидное, что сделали мы это своими собственными руками...

Когда получала паспорт, могла выбрать фамилию и национальность. Становиться Прокловой я не собиралась, но маму обидеть не хотела.

И записалась: «Мелик-Карамова, русская». Мама шутила: «Слава богу, не «Проклова, армянка». Родители развелись, когда мне было два года. С тех пор мама прожила несколько женских жизней, а папа, Виталий Мелик-Карамов, так больше и не женился. В моем детстве он работал спортивным комментатором в агентстве печати «Новости», затем снимал документальное кино, сейчас пишет сценарии, выпустил книжку воспоминаний.

В семье принято считать, что папа до сих пор любит маму. Недавно признался: «Да, я люблю Лену — но ту, восемнадцатилетнюю. Курносую. Женщина, которую вижу сейчас, мне абсолютно чужая: у нее другой характер, другие привычки, даже другое лицо».

Свою первую роль в картине «Звонят, откройте дверь» мама получила в 11 лет

Родители познакомились в компании маминого старшего брата Виктора Проклова. Папа, армянин из Баку, учился вместе с Витей в МАРХИ. Маме тогда всего шестнадцать исполнилось, но она уже была известной артисткой: начала сниматься в кино с одиннадцати лет, когда режиссер Александр Митта выбрал ее на главную роль в картину «Звонят, откройте дверь». Потом сыграла Герду в «Снежной королеве», Христину в «Гори, гори, моя звезда»...

Папа вспоминает, что Лена была очень правильной девушкой. Тусоваться не любила, в девять вечера отправлялась спать. А в один прекрасный день вдруг спросила:

— У тебя есть костюм?

— Нет.

— Найди где-нибудь.

Подпишись на канал 7Дней.ru


Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или