Полная версия сайта

Ольга Погодина: вместо съемок — операционная

«Врач сказал: «Не думайте о плохом, тогда все пройдет удачно». Я знала — руку надо спасать».

Очень скоро оказалось, что мамина дальновидность в буквальном смысле спасла наши жизни.

Социалистический строй рухнул, пришли времена дикого капитализма. Папа, окрыленный новыми перспективами, решил, что надо заниматься бизнесом. Он ушел из министерства и вместе с партнерами открыл машиностроительный концерн, поставлявший оборудование для нефтегазовой отрасли.

Я была уверена, что все идет хорошо, пока однажды, возвратившись домой после занятий, не застала такую сцену: папа положил голову на мамино плечо и плачет. Это так не вязалось с его образом сильного, шикарного мужчины, что я испытала шок.

— Что случилось?!

— Ничего, — ответила мама.

— Как ничего? Я же не слепая!

— Оля уже взрослая, надо ей рассказать, — еле слышно выговорил отец. — Да и все равно она узнает рано или поздно.

Оказалось, на отце многомиллионные долги. Его деловые партнеры набрали кредитов, якобы на развитие бизнеса. Выплачивать их, как выяснилось, они не собирались — в лихие девяностые это была одна из самых популярных финансовых махинаций. Миллионы рублей растворились вместе с партнерами, а крайним оказался отец: ведь именно он был генеральным директором и именно его подпись стояла на кредитных документах.

Пока была надежда договориться с банками, папа молчал. Но на смену относительно цивилизованным кредиторам пришли бандиты-коллекторы.

И они были настроены выбить долги любыми средствами.

Мою квартиру в центре пришлось продать, но вырученная за нее сумма не покрыла всех долгов, лишь дала небольшую отсрочку. Ситуация накалялась с каждым днем. Папа теперь не подходил к телефону, на звонки отвечала мама. Некоторое время ей удавалось отговариваться: мужа нет в городе, а она вообще не понимает, чего от нее хотят. Но однажды мама взяла трубку и услышала: «Если через неделю не соберете нужную сумму, дочь больше не увидите. А если обратитесь в милицию, получите ее обратно по частям».

Мама, которая до тех пор сохраняла самообладание и старалась ободрить отца, опустилась на пол и зарыдала.

Это напугало меня гораздо больше телефонных угроз. Я впервые по-настоящему осознала ужас происходящего с нами.

Родители тут же решили отправить меня за границу — там я буду в безопасности. Поехать со мной они не могли, нам бы просто не дали этого сделать. Я возмутилась:

— Вы что?! Я не предатель, без вас не поеду!

— Мы приедем позже, — пообещала мама. — А тебе здесь все равно сейчас нечем заняться, работы нет, так что собирайся.

Это было правдой. Я только что окончила институт, но кино в стране не снимали, а театры были озабочены только тем, как выжить. Новичков в труппы практически не брали.

Мы с Васей — ведущие кулинарного шоу  на болгарском телевидении

Да и, честно говоря, после прослушивания у Константина Райкина в театр я не рвалась.

Когда Вася предложил сходить на показ в «Сатирикон», я тут же согласилась: известный театр, почему бы не попробовать. Что придется столкнуться с хамством сына великого артиста по отношению к своим же коллегам, даже в голову не приходило. Мы вошли в кабинет главного режиссера Райкина. Поздоровались. Все произошло быстро и обидно. Константин Аркадьевич был не один — за столом сидели еще несколько сотрудников. На нас он едва бросил взгляд. Даже на приветствие не ответил, только рукой махнул: мол, приступайте. Начинаем читать, успели обменяться лишь парой реплик, Райкин вдруг резко нас обрывает: «Хватит попусту тратить мое время!» И отвернувшись, заговаривает с кем-то из сидящих за столом.

Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или