Полная версия сайта

Галина Коновалова: семейные тайны Михаила Ульянова

Об этом человеке не распространялся ни его родной отец – Николай Крючков, ни мать – Алла Парфаньяк, ни отчим – Михаил Ульянов…

Конечно, Ульянов был неоднороден и неоднозначен. Но какая личность! Сколько сыграл! Блестящие Чарнота из «Бега» (на фото), председатель, выписанный тонкой кистью Карамазов...

Алка развернула бурную деятельность по «переселению» попадавшихся на глаза любопытных экземпляров в ее дом. Мебель из красного дерева постоянно нужно было подклеивать, вновь приобретенную — реставрировать. К ним то и дело приходил какой-то парень, который с этими бюро-шкафами возился, и на плите подогревался специальный клей… До сих пор помню его запах! Что-то ей перепадало на гастролях, и Миша упрямился: «Алена, ну кто повезет этот столик?» «Как это кто? Ты, конечно!» — спорить с ней было бесполезно. Даже желающие поторговаться за свое добро старухи быстро теряли охоту и брали столько, сколько она давала. «Ты делаешь глупость, — учила меня подруга. — Постоянно покупаешь овощи на рынке. А я вот экономлю, беру только в овощном. Пусть они не такие красивые, зато вот», — и она протягивала вперед ухоженные ручки, унизанные перстеньками и колечками с бриллиантами, которые она обожала.

«Ты это купила не «на морковку!» — выходила из себя я. По вопросу экономии мы никогда не могли с ней договориться. «Алка, ты жадная!» — смеялась я. — «Нет, я не жадная. Я экономная». «Да, наверное, ты права». — «Я всегда права!»

Картины коллекционировать начала, конечно, Алла. Однако и Ульянов в области изобразительного искусства освоился довольно быстро. Я, бывало, подшучивала: «Ну что, ты из-под Рембрандта мне звонишь?» И в эти процессы меня тоже время от времени втягивали. Однажды Миша, который начинал репетировать Наполеона, возжелал получить в свою коллекцию портрет французского полководца, не помню уже чьей кисти. Продавала дама на Арбате, в доме рядом с упомянутым уже диетическим магазином. Ему самому идти было неловко, попросил меня: «Галюш, сходи, пожалуйста, приценись...»

Пошла после работы. Встретила меня дама явно из бывших, графиня, а то и княгиня. За Наполеона хотела много. Я начала торговаться и, чтобы было сподручнее (думаю, в Вахтанговском она хоть раз, но была), говорю: «Я не себе. Артист Михаил Ульянов очень хотел бы приобрести». — «А этому полотеру я свою картину вообще ни за какие деньги не продам!» Оказалось, она смотрела «Антония и Клеопатру», и Миша в роли не понравился ей до крайности. В общем, выкатилась я оттуда без Наполеона.

Потом Алла затеяла строить дачу, когда их вообще никто не строил. 43 рубля стоила путевка в Мисхор, в актерский дом отдыха, 26 рублей — билет туда, зачем тратиться на дачи?.. Но, как показало время, подруга Парфаньяк оказалась куда дальновиднее нас всех.

Алла была, конечно, и авторитарной, и прагматичной, и знающей цену деньгам, но и ее невозможно рисовать одной краской! Галина Коновалова  и Алла Парфаньяк

Строиться они начали на станции Трудовая по Савеловскому направлению. Миша приезжал в театр мрачнее тучи — то с граблями, то с лопатами. Жена выдавала ему список того, что он должен сделать на даче в ее отсутствие, и эти списки он называл «маоцзедунками». Я, случалось, тоже получала «маоцзедунку»-другую… Не помню, куда смылась дражайший садовод в тот раз, но на дачу, вооруженные ее инструкциями, ехали мы с Мишей вдвоем. Я нервничаю, потому что не понимаю ни черта в той морковке: «Еще выполю что-нибудь нужное, и она меня убьет!» «Не бойся, — утешал друг, — на морковку-то я зарабатываю!» И в то же время именно он посадил там сосенки, елочки, чтобы отгородить участок от шоссе. Его посадки местные до сих пор трогательно называют Мишкиным лесом...

Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или