Полная версия сайта

Николай Бурляев: «При встрече со мной Федор Бондарчук отводит глаза»

Актер рассказал о своей жизни и дружбе с Андреем Тарковским, Андреем Кончаловским и Никитой Михалковым.

Дато Евгенидзе, Федор Бондарчук и Максим Осадчий

За этот самостоятельный отрывок, первый свой режиссерский опыт, Никита получил «отлично», воодушевился, говорит: «Коль, давай поставим «12 разгневанных мужчин». Ты фильм видел? Будешь играть главную роль, которую исполнил Генри Фонда. Супермен — один из двенадцати присяжных, ломает их всех, побеждает...»

Прочитал инсценировку — понравилось. Только начали репетировать, как в училище вывесили приказ об отчислении Никиты. Но Михалков был так увлечен работой, что бросить ее не смог. Когда педагоги уходили, мы открывали окошко, в которое он тайно проникал и проводил репетиции. В итоге Захава засчитал нам эту постановку как дипломную работу курса. Мы ее потом играли по всей Москве, она стала хитом. На шестидесятилетии Никиты сказал ему в шутку: «Я вывел в жизнь трех гениев — Андрона, Андрея и тебя».

Отношения меж нами не всегда были радужными. Случалось, и тучи набегали. Когда Никита снимал «Несколько дней из жизни И.И. Обломова», сказал мне: «Для тебя есть отличная роль». Ну, думаю, наконец-то! Читаю сценарий и понимаю: роли нет. Мне предлагают сыграть какого-то безымянного гостя на обеде у Ольги Ильинской. Говорю Никите:

— Что мне здесь делать?

— Коля, мы снимем с тобой потрясающий эпизод. У меня даже небольшие роли играют актеры экстра-класса. Ты мне нужен! А я потом снимусь у тебя — где скажешь. Приезжай в Пущино, все будет хорошо.

Никита умеет уговаривать, я поехал. В гостиницу поселился часа в четыре дня. Ждал: сейчас Михалков позовет к себе, знает ведь, что друг приехал. Прождал до вечера, не дождался, лег спать. На следующий день подняли в шесть утра, запихнули вместе с массовкой в общий автобус и повезли на площадку. Уже нехорошо: я все-таки три десятка ролей сыграл. Оделся, загримировался. Попросили встать у дерева, сняли крупный план. После этого Никита объявляет:

— Сейчас — твоя сцена, будешь с этим актером делать английский бокс.

И подводит изломанное существо мужского пола сомнительной ориентации.

— Я не знаю, что такое английский бокс.

Никита показывает мне изящные движения, как будто зайчик бьет лапкой. Я отвел его в сторонку:

— Ты хочешь, чтобы благодаря этой роли ко мне намертво приклеился ярлык «голубого»? Они и так после «Иванова детства» вокруг роились, проходу не давали, комплименты сыпали: ах какие у вас глаза, какие пальцы!..

— Ну, ты же актер, ты же должен...

— Да ничего я тебе не должен.

Развернулся и уехал. Моя фамилия есть в титрах «Обломова», но от меня там остался лишь один крупный план. После этого мы с Никитой не пересекались лет пятнадцать.

Читая сценарий, я редко ошибаюсь в том, какой получится фильм. Так было, когда Петр Тодоровский предложил мне роль Нетужилина в «Военно-полевом романе». Это моя любимая картина. Более профессионального и эмоционального сценария в жизни не читал! Пришел на студию. Увидел Тодоровского и сказал: «Заканчивайте кинопробы. Эту роль никому не отдам!» Потом выяснилось, что я и Чурикова были у режиссера первыми кандидатами. Во время съемок Петр Ефимович страшно нервничал, а я каждое утро говорил ему:

— Это будет потрясающий фильм.

Подпишись на канал 7Дней.ru

Комментарии




Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или