Полная версия сайта

Людмила Гаврилова о романе с Андреем Мироновым: «Я не раз перехватывала ревнивый взгляд Тани Егоровой»

Людмила Гаврилова рассказывает о своих отношениях с Андреем Мироновым.

Людмила Гаврилова со Спартаком Мишулиным

Вдруг кто-то замечает: в щель под одной из дверей пробивается свет. Все сразу туда. Стучат. Дверь открывается, и в проеме появляется Спартачок — в семейных трусах с красными розами по черному полю, волосы всклокочены:

— Чего вам? А-а-а, интересно, на чем я тут кашеварю?! Ну смотрите.

Заглядываем в санузел, там в биде стоит спиртовка, а на ней кастрюлька, внутри которой что-то задорно булькает.

— Я вас всех перехитрил, — довольно улыбается Спартачок. — Вы электроплитки взяли, а я — сухой спирт. Поскольку его экономить надо, готовлю сразу и первое, и второе: и пакетик супа положил, и рису насыпал, и банку тушенки вывалил. Через минуту уже готово будет.

— Спартак, отложите, пожалуйста, немного Валентину Николаевичу, — попросила Зина Плучек. — Он очень хочет кушать.

Пришлось Мишулину делиться с худруком.

Шура Ширвиндт, вспоминая впоследствии генуэзский эпизод, рассказывал о нем так: «Открывается дверь — стоит цыган Спартак, горит костер, ржут кони...» Почему цыган, понятно — Мишулин часто говорил, что в нем течет кровь ромалов. А конями, наверное, были мы — голодные артисты ведущего театра.

В продолжение темы еды и ресторана расскажу еще один случай — уже московский. Андрей приехал ко мне на свидание после посещения стоматолога. Жаловался, что всю ночь не спал из-за зубной боли и страха перед дантистом. Потом, немного выпив, повеселел, раздухарился. Позвонил Грише Горину:

— Ты не представляешь, с кем я сейчас. Мне с ней так здорово, так хорошо, как, наверное, ни с кем не было и не будет.

Горин допытывался:

— Кто она? Кто?

— А я тебе не скажу, — смеялся Андрей. Но положив трубку, вдруг стал серьезным:

— Люся, ты молодая женщина и тебе нужно создавать семью, а я не могу... Понимаешь, моя жизнь уже сложилась, и...

Андрей будто просил прощения за то, что не может сделать предложение. Я слышала его виноватые интонации, но внутри — хотя с чего бы? — вдруг вспыхнула обида:

— А тебя за жениха никто и не держит!

Миронов дернулся, как от пощечины:

— Зачем ты так?

— Прости, сорвалось. Я все понимаю.

— Тогда давай поедем в ресторан — отметим нашу несостоявшуюся ссору.

— Давай.

Отправились не куда-нибудь, а в самое шикарное место Москвы — в Хаммеровский центр на Краснопресненской набережной. Там Андрей снова стал дурачиться:

— Люся, как ты думаешь, здесь можно бить посуду?

— Можно, но сильно не увлекайся, иначе до конца жизни не расплатимся.

Подпишись на канал 7Дней.ru
Загрузка...




Комментарии



Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или