Полная версия сайта

Людмила Гаврилова о романе с Андреем Мироновым: «Я не раз перехватывала ревнивый взгляд Тани Егоровой»

Людмила Гаврилова рассказывает о своих отношениях с Андреем Мироновым.

Людмила Гаврилова со Спартаком Мишулиным

Вдруг кто-то замечает: в щель под одной из дверей пробивается свет. Все сразу туда. Стучат. Дверь открывается, и в проеме появляется Спартачок — в семейных трусах с красными розами по черному полю, волосы всклокочены:

— Чего вам? А-а-а, интересно, на чем я тут кашеварю?! Ну смотрите.

Заглядываем в санузел, там в биде стоит спиртовка, а на ней кастрюлька, внутри которой что-то задорно булькает.

— Я вас всех перехитрил, — довольно улыбается Спартачок. — Вы электроплитки взяли, а я — сухой спирт. Поскольку его экономить надо, готовлю сразу и первое, и второе: и пакетик супа положил, и рису насыпал, и банку тушенки вывалил. Через минуту уже готово будет.

— Спартак, отложите, пожалуйста, немного Валентину Николаевичу, — попросила Зина Плучек. — Он очень хочет кушать.

Пришлось Мишулину делиться с худруком.

Шура Ширвиндт, вспоминая впоследствии генуэзский эпизод, рассказывал о нем так: «Открывается дверь — стоит цыган Спартак, горит костер, ржут кони...» Почему цыган, понятно — Мишулин часто говорил, что в нем течет кровь ромалов. А конями, наверное, были мы — голодные артисты ведущего театра.

В продолжение темы еды и ресторана расскажу еще один случай — уже московский. Андрей приехал ко мне на свидание после посещения стоматолога. Жаловался, что всю ночь не спал из-за зубной боли и страха перед дантистом. Потом, немного выпив, повеселел, раздухарился. Позвонил Грише Горину:

— Ты не представляешь, с кем я сейчас. Мне с ней так здорово, так хорошо, как, наверное, ни с кем не было и не будет.

Горин допытывался:

— Кто она? Кто?

— А я тебе не скажу, — смеялся Андрей. Но положив трубку, вдруг стал серьезным:

— Люся, ты молодая женщина и тебе нужно создавать семью, а я не могу... Понимаешь, моя жизнь уже сложилась, и...

Андрей будто просил прощения за то, что не может сделать предложение. Я слышала его виноватые интонации, но внутри — хотя с чего бы? — вдруг вспыхнула обида:

— А тебя за жениха никто и не держит!

Миронов дернулся, как от пощечины:

— Зачем ты так?

— Прости, сорвалось. Я все понимаю.

— Тогда давай поедем в ресторан — отметим нашу несостоявшуюся ссору.

— Давай.

Отправились не куда-нибудь, а в самое шикарное место Москвы — в Хаммеровский центр на Краснопресненской набережной. Там Андрей снова стал дурачиться:

— Люся, как ты думаешь, здесь можно бить посуду?

— Можно, но сильно не увлекайся, иначе до конца жизни не расплатимся.

Подпишись на канал 7Дней.ru


Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или