Полная версия сайта

Ольга Будина. Теория любви

«Муж меня любил. Но признать, что жена и сын тоже имеют право наслаждаться жизнью, он оказался не в состоянии».

А моей задачей было их утвердить у Бортко, который являлся еще и продюсером фильма, из-за чего считал каждую копейку. Федор Михайлович не любил описывать внешний вид своих героев, и про гардероб Аглаи, которую я играла, упоминалось совсем мало. И Владимир Владимирович решил, что для меня достаточно пары платьев на десять серий. Мы, девочки, с этим смириться никак не могли и сопротивлялись. Надев очередное новое платье, я, без грима, кринолина и с грустным выражением лица, представала пред светлы очи режиссера. Костюмеры говорили, что платье копеечное и состряпано из подбора, пусть будет. Делали мы это либо перед началом съемок, когда Бортко было не до меня, либо в финале, когда он смертельно уставал. Режиссер говорил: ну ладно, почему бы нет, не мешайте работать. И мы, счастливые, удалялись. А назавтра я входила в кадр уже во всей красе.

— Откуда этот костюм?!

— орал Бортко. — Вы что, все с ума посходили? Кто разрешал покупать?

— Как откуда? — не моргнув глазом, отвечала я. — Вы вчера его сами утвердили.

— Я?! Я его вообще не видел!

— Владимир Владимирович, ну как же?

А девчонки стояли рядом и тоже начинали уверять Бортко, что так оно и было. Он махал рукой, и я входила в кадр, как и полагается генеральской дочке на выданье, в роскошном платье. Я правда считаю, что Аглая не могла ходить постоянно в «черненьком бурнусике». И теперь вот признаюсь честно, что обманывала режиссера. Владимир Владимирович, простите сердечно наши женские уловки!

Мы были озорными и хотели как лучше.

Когда съемки «Идиота» закончились, мои любимые костюмеры Даша Баженова и Наташа Сыромятникова уехали в горы снимать фильм с Сергеем Бодровым-младшим. И остались в Кармадонском ущелье... Девочки мои дорогие, я очень вас люблю!

С Сергеем Владимировичем Бодровым мне посчастливилось познакомиться в 2003 году, когда он был председателем жюри ХХV Московского международного кинофестиваля, а я — членом жюри. Десять дней мы провели бок о бок, и я была потрясена внутренней мощью этого человека. Мудрый, эрудированный, ироничный и очень искренний. Вот, казалось бы, я не старая еще, а скольких товарищей уже успела похоронить.

Пока снималась в «Идиоте», мне позвонил продюсер Антон Барщевский. К большому несчастью, он тоже слишком рано ушел из этого мира. Светлая ему память... Антон пригласил меня на роль Нины Градовой в сериал «Московская сага» по одноименному роману Василия Аксенова. Я объяснила, что сейчас занята в «Идиоте» и не смогу совмещать это с чем-то еще. Если делаю серьезную, значимую для меня работу, никогда не соглашаюсь на параллельные съемки. Но Антон сказал: не проблема, подождем. И они меня действительно ждали несколько месяцев, и я благодарна за это.

В результате познакомилась с удивительными, дружными и горячо любящими друг друга людьми. Я не много назову современных семей, где бы уважение, доверие и обожание стояли на первом месте. И основная в этом заслуга мамы Антона, Натальи Владимировны Виолиной, сценаристки, жены и соратника режиссера Дмитрия Юрьевича Барщевского.

Сериал «Московская сага» за их спиной в группе называли «Семейной сагой»: они работали над ним всей семьей. Мы наблюдали, как менялось выражение лица Натальи Владимировны, если она видела Дмитрия Юрьевича, и как он всегда нежно обращался ко всем нам в ее присутствии: «Девочки!» Жена для него — навсегда та самая юная прелестная девочка, которую он когда-то полюбил. И как же это чудесно!

Я думаю, что именно так относился к своей Маргарите великий советский скульптор Сергей Тимофеевич Коненков. Очень трепетно, хотя и скрывал это, очень боялся ее потерять. И именно поэтому она не смогла остаться в Америке с Эйнштейном, которого полюбила и который любил ее до конца своих дней. По крайней мере, я так размышляла над историей их отношений, когда полгода назад готовилась к съемкам.

Встречались мужчины, которые искренне меня любили, но я, при всем своем желании иметь полную семью, никогда не смогла бы с ними жить

А что было на самом деле — никто никогда не узнает, ибо исторические персонажи навсегда останутся для нас закрытой книгой. Любовь, любовь — везде любовь.

В нашем фильме «Эйнштейн. Теория любви» мужа моей Маргариты играл изумительный актер Саша Балуев, подлинный, яркий. С такими артистами работать — одно наслаждение. И не меньшее наслаждение было находиться в кадре с Димой Певцовым, который блестяще сыграл Альберта Эйнштейна. И с Димой, и с Сашей мы уже работали. С Сашей снимались в «Московской саге», где он играл брата моей героини. А с Димой сыграли супружескую пару в сериале «Земский доктор», это было коротко. И вот теперь у нас роли великих любовников. А Оля Дроздова, блестящая актриса «Современника», жена Димы, играет близкую подругу Маргариты.

Какая волшебная супружеская пара, как живы их чувства, пронесенные сквозь годы! Мне иногда казалось, что Дима, говоря в кадре слова любви мне, на самом деле думает об Оле. Но я никогда не ревновала, наоборот, наблюдала и восторгалась их отношениями.

Недавно мы смотрели рабочий материал фильма, готовясь к озвучанию, и случайно в комнату зашел Наум. Шла сцена, где Коненков жестко выясняет отношения с Маргаритой. И вдруг Наум говорит:

— Я голову ему оторву за такие вещи!

— Сынок, что ты такое говоришь, это же кино, ты разве не видишь? Мы играем, это все не по-настоящему, — уговариваю я сына сбавить обороты и выпроваживаю из комнаты.

Подпишись на канал 7Дней.ru


Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или