Полная версия сайта

Юлия Маврина. Дочки-матери

«В квартиру я не заходила. Дочку приводили во двор или к метро. Почти каждое наше свидание для меня заканчивалось истерикой».

И я буквально рычала, как волчица, когда к ней кто-нибудь приближался.

Было очень тяжело. А потом я вспоминала это время с умилением и нежностью. Счастливые воспоминания помогали пережить разлуку с дочкой, делали боль не такой острой и невыносимой. Обстоятельства заставили меня приглушить материнский инстинкт. Если бы я этого не сделала, не смогла бы жить дальше...

Я долго не могла «отпочковаться» от дочки и укладывала с собой спать. Все возмущались, пугали: «Ты можешь ее задавить! Надо класть малышку в детскую кроватку!» Я пробовала укладывать Алису отдельно, а потом раз пятнадцать за ночь вскакивала посмотреть: спит ли она, дышит или нет.

Так намучилась, что послала к черту советчиков. Слава обижался:

— Ну понятно, ты — с Алисой, а я с кем должен спать? С Людвигом ван Бетховеном?

Я пожимала плечами:

— Почему бы и нет?

Мы пытались сохранить семью. Но разбитую чашку не склеишь. Я так и не смогла простить ему предательства. Жили мы вместе, но с каждым днем все больше отдалялись друг от друга и вскоре стали практически чужими. Совместная жизнь сделалась невыносимой. Я оставалась с мужем только ради дочки.

Сначала пребывала в каком-то возбужденном истерическом состоянии, потом оно перешло в апатию.

Я опять не спала и не ела, не могла репетировать и играть. Никуда не выходила, не разговаривала с людьми. Лежала и тупо смотрела в потолок, не понимая, как быть дальше. Ребенком занималась «на автомате», делала то, что положено по режиму. Жизнь превратилась в нескончаемый «день сурка». Чувствовала себя роботом и тихо сходила с ума.

От психушки спасла иллюзия нового чувства. Однажды показалось, что я влюбилась. Наверное, в организме сработала «резервная кнопка», включилась защита. В мозгу наконец-то что-то щелкнуло, и я ушла от Славы. Но не к другому мужчине — просто ушла...

Свекровь до сих пор не в курсе истинных причин нашего разрыва. Она считает, что легкомысленная актрисуля разрушила семью ее сына. Слава не рассказывал о своей измене и все представил в выгодном для себя свете.

Я не знаю, сложилось ли у него что-то с той женщиной. Мы уже несколько лет общаемся исключительно по поводу Алисы. Других тем у нас нет. Не могу сказать, что осталась в хороших отношениях с отцом своей дочери. Но мы оба делаем вид, что все прекрасно, — для Алисы. Хотим, чтобы ей было хорошо.

По этой же причине я когда-то отдала дочку отцу и бабке. Боялась, что не справлюсь одна, что Алисе со мной будет плохо. Но оказалось — потерпеть оставалось всего два месяца! Однажды, когда у меня уже не осталось денег даже на лапшу «Доширак», раздался звонок из Москвы:

— Юля, мы приглашаем вас на пробы в сериал «Дочки-матери». Приедете?

— Конечно! — закричала я. Мне было совсем хреново.

Но именно отчаяние дало нечеловеческую энергию и помогло получить роль. Для других актрис это был просто кастинг, для меня — вопрос жизни и смерти, и я выложилась по максимуму, показала, на что способна.

Когда начались съемки, я поселилась на съемной квартире в Москве. Взять туда дочку не получилось — Слава и его мама были категорически против. Я поняла, что надо покупать квартиру в Питере, чтобы у нас с Алисой была своя территория. Пахала как проклятая по четырнадцать часов в сутки, деньги зарабатывала, а как только выда­вался выходной, бросалась в ­аэропорт. Днем гуляла в Питере с Алисой, а вечером отрывала от себя плачущую дочку и возвращалась в Москву. Летела и сама плакала. Иногда приезжала всего на пару часов. Летом малышку вывезли на дачу, и я едва успевала смотаться за город и примчаться в Пулково на последний московский рейс.

Муж и свекровь не считали нужным подстраиваться под мой график.

Конечно, все было бы намного проще, если бы сериал снимали в Питере, но там для актеров работы практически нет. А так я, конечно, видела бы Алису гораздо чаще. Мы договорились со Славой о равных правах на ребенка. Даже составили специальное соглашение о том, что дочка должна проводить одинаковое количество времени с обоими родителями. На деле я общалась с ней урывками, и это было невыносимо тяжело. Сердце мое разрывалось на части. Казалось, жизнь кончена, в ней уже никогда не будет любви и счастья. И тут я встретила Никиту...

Мы оба снимались в Киеве в украинском сериале «Территория красоты» — о клинике пластической хирургии.

Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или