Полная версия сайта

Вера Васильева: «Я до сих пор сохранила нежные чувства к этому человеку»

Знаменитая актриса рассказала о тех, кого любила всю жизнь и о новой семье, которую обрела в последние годы.

Вера Васильева с Татьяной Васильевой и Андреем Мироновым в спектакле «Ревизор». 1974 г.

Но на меня, слава богу, ни разу не повысил голос, все «деточка» да «деточка». Даже проявил личную заботу. Посмотрел на мои худенькое пальтишко и капор, в которых я собралась ехать на съемки в Чехословакию, и говорит: «Артистка не может в таком виде появляться. В счет будущей зарплаты купите ей пальто, шапку и сапоги…» То, что я была так одета, неудивительно. В 1946 году в Москве люди порой ходили в перешитых шинелях, фуфайках, военной форме. За границей же в магазинах было все! Я привезла сапожки, туфли на каблучках и несколько десятков платьев: не только себе, но и маме, двум своим сестрам, подружкам во дворе. В общем, преоб­разилась! Но, несмотря на то что после выхода картины я не ходила по улицам в платочке и сарафане, меня везде узнавали. Еще бы: фильмов тогда было очень мало, «Сказание…» крутили изо дня в день в кинотеатрах в течение года! Люди реально думали, что я живу в тайге, и подходили ко мне запросто: «Ой, Настенька, ну как там, в Сибири-то? Как вам работается в вашей чайной?» А я обескураживала их ответом: «Что вы! Я и в Сибири-то никогда не была».

Сталинская премия первой степени, присужденная фильму, составляла 100 тысяч рублей. Эти деньги поделили на десять человек, которые участвовали в фильме. Но и 10 тысяч рублей — это было невероятно много для нашей семьи! Так входила я в волшебный мир кино, удивляясь, что я, как Золушка, попала на бал… Все оборвалось одним вечером, когда я, ничего не подозревая, по приглашению Пырьева пошла на «деловую встречу» в гостиницу. Подозрений у меня и не могло быть, потому что за все время съемок он ни разу не оказывал мне знаков внимания. Бывало, встретит на улице, когда я бегу в какой-нибудь магазин: «А-а-а-а, Веронька, все гуляешь, да? Ну, гуляй, гуляй». Но что-то в его интонации меня насторожило… Возможно, после такого невероятного успеха ему пришла в голову мысль: «Эта девочка из массовки получила шикарную роль, премию, прославилась. А что это она просто так бегает? Пусть мне достанется, хотя бы на денек…» 

Для меня такой циничный подход к этому вопросу был просто невозможен. Самое удивительное, я ведь готова была бы в него влюбиться, если бы он сам был влюблен, если б как-то ухаживал... Но он очень деловым тоном сказал: «Отблагодари меня». Я растерялась: «Как?» — «Ну, иди сюда…» На мой решительный отказ он не рассчитывал и даже возмущенно прокричал: «Ты больше никогда не будешь сниматься в кино!» Вероятно, проделывал он это не первый раз. Говорили, так было и с Екатериной Савиновой, которую потом тоже не снимали… Конечно, одного слова всесильного Пырьева было достаточно, чтоб про актрису забыли. Но самое странное, что в душе я совсем не обвиняю его. Может быть, он это считал естественным… Что бы ни было потом, он подарил мне новую судьбу. Ведь после окончания театрального я могла быть послана в любую далекую провинцию, где бы от горя и одиночества, возможно, вышла замуж за любого артиста. Могло же так быть. Кстати, наш курс, от которого я отстала на год из-за съемок, поголовно распределили в Клайпеду. Меня же пригласили в Театр сатиры, так как им нужна была молодая героиня на роль в спектакле «Лев Гурыч Синичкин».

Подпишись на канал 7Дней.ru

Комментарии



Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или