Полная версия сайта

Владимир Финогеев: Возвращение кирпича

«Послушай, — сказал Слава, — я нашел портрет Тургенева работы Перова. Иван Серге­евич сидит в...

Иван Серге­евич Тургенев

«Послушай, — сказал Слава, — я нашел портрет Тургенева работы Перова. Иван Серге­евич сидит в благородной позе, отстраненно и мудро смотрит в будущее, которое есть теперь наше с тобой настоящее. Перов изобразил руки Тургенева. Ты можешь что-нибудь рассказать по этим рукам о каких-то чертах Тур­генева? Вот эта картина». Слава протянул экран мобильника. «Левая рука, которая опирается на книгу в металлическом переплете, дана живо и ре­алистично. Правда, кроме мизинца другие пальцы не видны. Правая рука в тени, можно угадать только контуры большого пальца и расширяющегося ногтя, который характерен для охотников». — «Это очень интересно! Тургенев обожал охоту». — «Мы можем многое сказать, анализируя только мизинец Ивана Сергеевича, при условии, что художник изобразил мизинец именно Тургенева, а не мизинец вообще». — «Я думаю, это мизинец Ивана Сергее­вича». — «Почему ты так думаешь?» — «Ну посуди сам, какой смысл Перову рисовать какой-то другой мизинец, если он видит перед собой именно этот, он же с натуры рисует, и вот она, натура. Зачем искать другую? Кроме этого, обрати внимание: на мизинце Тургенев носит кольцо. Это уж точно индивидуальная деталь. Не стал бы Перов изображать кольцо, если бы он его там не видел». — «Я думаю, в отношении мизинца ты не совсем прав: какие-то элементы пальца действительно верны, а какие-то нет. Несмотря на весь реализм, Перов не был сведущ в хиромантии, не читал учения о руке и потому не знал одного интересного факта. В частности, о соотношениях размеров пальцев и тела. Например, если ты измеришь мизинец от кончика до пястной косточки и затем сравнишь этот размер с длиной руки от этой косточки до локтя, то мизинец должен уложиться туда в норме 4,3—4,5 раза». — «Не может быть!» — решительно возразил Слава. «Давай мерить», — сказал я. Мы достали измеритель, Слава зафиксировал длину своего мизинца, затем сопоставил с локтем. «Ты смотри, точно! В локте четыре мизинца и еще одна треть. Надо же! Так, и что дальше?» — «Теперь сравним на портрете». Слава тщательно померил длину мизинца, затем приложил к длине тургеневского локтя: «Ба! Кто бы мог подумать?! Мизинец уложился 6,5 раза. Это что же означает?» — «Это означает, что мизинец слишком короткий, чтобы принадлежать писателю, да еще такого масштаба, как Тургенев. Ибо установлено, что мизинцы у настоящих писателей отличаются большой длиной». — «Значит, есть ненастоящие писатели?» — «Мыслитель Розанов писал в «Уединенном»: «Секрет писательства заключается в вечной и невольной музыке в душе. Если ее нет, человек только может «сделать из себя писателя», но он не писатель». Если обследовать всех писателей, то в преобладающем большинстве мы обнаружим достаточно внушительный и длинный мизинец». — «Но из того, что ты сказал, тем не менее следует, что какая-то, пусть небольшая группа писателей будет иметь короткий мизинец?» — «Вопрос непростой. Во-первых, потому, что надо рассматривать кисть руки в целом, включая линии, ведь длинные мизинцы бывают не только у политиков, ученых, бизнесменов, но и у мошенников и плутов. Во-вторых, надо будет ответить на вопрос, все ли писатели с длинными мизинцами являются настоящими писателями. Это вызовет непреодолимые затруднения. Я лишь могу опираться на утверждения традиции и на мой скромный опыт, что длинные мизинцы характерны для писателей». — «А ты встречал писателей с коротким мизинцем?» — «С коротким — нет. Средней длины — да». — «И что?» — «Каждый раз, когда они берут перо в руки, им приходится преодолевать гигантское внутреннее сопротивле­ние, чтобы начать работать. Они «высиживают» работу». — «То есть, по классификации Ландау, берут железной задницей?» — «Насколько я знаю, Ландау говорил о тупой заднице». — «Не важно, мы друг друга поняли. Это сопротивление писать ты и считаешь признаком ненастоящего писателя?» — «Да». — «Учитывая сказанное, мы можем допустить, что у Тургенева был короткий мизинец?» — «Нет, для великого писателя короткий не характерен. Я могу предположить, что у Тургенева была короткая средняя фаланга мизинца». — «И что это значит?» — «Это связывают с неумением вести финансовые дела, а неумение происходит не из-за недостатка ума или образования, а из-за нежелания, как говорил Пушкин, «заботиться о нуждах низкой жизни». Денежная неумелость отмечалась у Ивана Сергеевича, однако другие его способности не позволяют принять эту версию. Вторые фаланги пальцев отражают уровень самоорганизации, говорят о способности усваивать знания. А известно, что Тургенев блестяще учился, он поступил в университет в 14 лет. Окончил его, обучался в Германии, занимался научной работой и, выражаясь современно, защитил кандидатскую по филологии. К тому же он был маньяком порядка на письменном столе. Все должно было составлять симметрию, Тургенев не выносил, когда за обеденным столом стояли непарные приборы. Был очень чистоплотен и аккуратен в одежде, хотя наряды его были весьма вызывающи. Он носил синий фрак с золотыми пуговицами и клетчатые брюки. Такая экстравагантность показана углом между мизинцем и безымянным. В западной школе его называют «углом эксцентричности». Чем дальше отстоит мизинец от безымянного, тем вычурнее у человека одежда и поведение. Мысль о короткой средней фаланге надо отбросить. Скорее всего, тут другое». — «Что же?» — «Взгляни на картину. Мизинец не производит впечатления короткого». — «Пожалуй», — сказал Слава. «Скорее всего, Перов, исходя из художественных задач, удлинил локтевой сустав Тургеневу». — «Не для того ли, чтобы выразить большой рост и размер Тургенева?» — «Может быть». — «Тур­генев под конец жизни очень ук­рупнился. Где-то я прочитал, как Тур­генев входил в комнату: «Сначала входит нос и борода Тургенева, потом выезжает лоб, с ниспадающими бело-желтыми прядями роскошных волос. Нос, лицо, лоб, борода все еще длятся и длятся, а вовсю втекает объемистое плечо, за ним плотная грудь, переходящая книзу в обширную часть талии, выдвигается первая нога, томительно медленно, опровергая быстротечность времени, выплывает вторая. Наконец вся широченная фигура Тургенева предстает взору. Комната почтительно сжимается от массы, размеров и важности писателя». — «Мы говорили о том, что расширяющиеся книзу фаланги пальцев указывают на любителей покушать, гурманов, певцов вкусовых рецепторов, что весьма сказывается на талии. Мизинец Тургенева гладкий и книзу выглядит более мясистым, что свидетельствует о переедании. Ноготь имеет форму правильного прямоугольника — подтверждает любовь Тур­генева к порядку, а гладкость, белизна, изящество пальца указывают на мастера слова. Его описания природы тот же Розанов считал непревзойденными. Язык Тур­генева, если процитировать его самого из письма к Некрасову, это подлинный русский язык, прямой, добродушный, гибкий и ловкий. Гладкость мизинца и прямоугольный ноготь указывают и на благородные порывы души. На Тур­генева завели уголовное дело, когда он с ружьем в руках отстаивал честь крестьянской девушки. Был целый скандал. В то же время коническая форма мизинца указывает на многоликость отношений с противоположным полом. Добавим сюда угол эксцентричности, и мы увидим человека с весьма нетривиальными, непохожими на стандарт отношениями с женщиной». — «Ты имеешь в виду Полину Ви­ардо?» — «Да. Ты сам рассказывал, что он терпимо относился не только к ее мужу, но и к ее многочисленным увлечениям, которые она не думала скрывать». — «А что означает кольцо на мизинце?» — «Сек­суальную доступность и сексуальную любознательность. Чело­век неосознанно выражает свою готовность к эксперименту в этой области. Это первое. Второе. Когда мизинец несколько опущен в основании, кольцо на мизинце носят те, кто ищет общественного внимания. И кто уже является публичной фигурой: политик, писатель, актер. Кольцо указывает на склонность удовлетворить глубинные, интимные желания и одновременно страх сделать это. Страх часто обусловлен перенесенным в детстве унижением или недостатком внимания отца, иногда отсутствием отца в семье. Отсюда стремление получить это внимание, внешне утвердить свою ценность, которую человек внутренне не ощущает. Под­черкнуть неповторимость индивидуальности, хотя она и так неповторима и уникальна, но из-за скрытых комплексов человек в это не верит». — «Уточни, что такое низко посаженный палец?» — «Если раскрыть ладонь и посмотреть на основания пальцев, будет видно, что мизинец опущен». — «Ты полагаешь, что у Тур­генева мизинец был низко посажен?» — «Думаю, да. Отец оставил семью, когда Тургеневу было всего 12 лет, мать отличалась крутым нравом и чудачествами. Слуг наряжала в костюмы служащих государственных департаментов и называла по фамилиям министров. С Тур­геневым обращалась деспотично, наказывала, била. А потом баловала. Когда он учился в Берлине и поиздержался, мать в качестве воспитательной меры прислала ему вместо денег ящик с кирпичами. Очевидцы говорили, студент Тургенев был потрясен». — «Кирпич, наверное, запал ему глубоко в душу. Вот и жил он с этим кирпичом». — «Но нашел, как и подобает его мизинцу, экстравагантный способ освободиться». — «И как же?» — «Написал «Муму», вывел мать в образе жестокой барыни, а кирпичи привязал к шее собаки».

Подпишись на канал 7Дней.ru


Комментарии



Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или