Полная версия сайта

Николай Пирогов: тени прошлого

Известный хирург с невеликой пенсией был доволен жизнью, но иногда на него нападала тоска.

Как хорошо жить в полном довольстве и при этом ни от кого не зависеть, делать добро, пользоваться любовью близких! Знаменитый хирург Николай Иванович Пирогов, бывший попечитель Одесского и Киевского учебных округов, тайный советник (этот гражданский чин был равен генерал-лейтенантскому, и его имели далеко не все губернаторы), оставленный не любившим его императором не с генеральской, а с невеликой профессорской пенсией, был доволен своей жизнью, но иногда на него нападала тоска.

Его расположенное близ Винницы имение «Вишня» приносило солидный доход, а все хлопоты нес арендатор. Кроме «Вишни» Пирогову принадлежали еще два поместья, также находившиеся в аренде, — они были куплены им самим на заработанные врачебным ремеслом деньги. Сыновья подрастали и совершенствовались в науках, со второй женой ему повезло, «Вишня» давно превратилась в импровизированный госпиталь — крестьяне даже сдавали свои хаты больным, стекавшимся к Пирогову со всей империи.

Он и сам поражался тому, как быстро выздоравливают пациенты, — а ведь после операций они лежали в крестьянских мазанках на лавках, в сенях, иногда рядом со скотом.

Закончив обход, Пирогов воротился домой, в сенях топнул ногой, проверяя, скрипит ли вечно раздражавшая его половица (она скрипела, и он решил напомнить об этом жене), и прошел в свой кабинет.

Все было как всегда, но он почему-то был не в духе. Может, дело в том, что младший сын Владимир, обучающийся в Париже, опять не уложился в отведенную ему смету и просил в письме денег?

А может, дело в преследующих его в последнее время мигренях и болях в животе? Он никогда не отличался крепким здоровьем, а теперь и годы берут свое…

Или, не ровен час, дело в недавней размолвке с женой — давеча она заметила, что неплохо бы подумать о возвращении на службу. Его заработки велики, но случайны, не стоит бросаться полагающимся по чину жалованьем — у него ведь двое детей… Он ответил ей чересчур резко, и они почти поссорились.

И тут он вспомнил, какое сегодня число, — девятнадцатое января, день, когда скончалась его первая супруга.

В 1846 году Пирогов остался вдовцом с двумя маленькими детьми на руках, Николаем и Владимиром

С тех пор минуло много лет, но девятнадцатого его всегда одолевала тоска. Любовь прошла, выветрилась даже память о ней, а чувство вины осталось. Екатерина Дмитриевна была кротка и беззащитна, и ему казалось, что он вылепит из нее идеальную жену ученого. Увы, ничего из этого не получилось.

Много лет назад его, Николая Пирогова, профессора Дерптского университета, пригласили в Петербург возглавить кафедру в Медико-хирургической академии. Дерптский университет считался лучшим в России, Медико-хирургическая академия — болотом: в ней преподавали профессора, вышедшие из семинаристов, и преемников себе они подбирали так же, как священники передавали приход, — из зятьев да племянников.

Все были уроженцами Черниговской губернии, в медицине полагались на притирания и божью волю. Чужих сюда не пускали, и так бы оно шло и дальше, если бы в 1838 году не случился грянувший на весь Петербург скандал.

В академии учился Иван Сочинский, бывший гвардейский улан, поляк, из которого начальство решило сделать фельдшера. Профессор Нечаев поляков не любил; придирками и издевательствами он довел Сочинского до того, что тот бросился на него с перочинным ножом. Нечаев увернулся, и удар в живот получил некстати оказавшийся рядом профессор Калинский. Студента пытались унять, а он, обезумев, полосовал ножом всех, кто к нему приближался, — еще несколько человек получили легкие раны.

Подпишись на канал 7Дней.ru

Комментарии



Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или