Полная версия сайта

Иван Жидков: о наркотиках и любви к Тане Арнтгольц

«Это был страшный мир, не знаю, чем бы все закончилось, если бы не уехал в Москву, где началась совсем другая жизнь».

Иван Жидков

Коллекция. Караван историй

Бог уберег меня от наркотиков. Сколько знакомых я потерял! Это был страшный мир, не знаю, чем бы все закончилось, если бы не уехал в Москву, где началась совсем другая жизнь.

Когда судьбе угодно, чтобы люди были вместе, она обязательно найдет повод их соединить. Подкинет шанс, и тебе останется его только разглядеть. Кажется, мне по жизни удается увидеть «свое».

Однажды приятель предложил: «Если не занят, поедем в Домодедово. Прилетает моя подруга, просила встретить». Делать мне было нечего, решил прокатиться за компанию.

Примчались с небольшим опозданием, он побежал в здание аэропорта, а я остался в машине. Приятель вернулся со светловолосой девушкой с большими серыми, чуть раскосыми глазами. Едва взглянув на нее, я подумал: «Она станет моей женой». Откуда вдруг взялась такая шальная мысль — не знаю. Это была Таня Арнтгольц.

Пока пробирались к столице по пробкам, разговорились.

— Я из Калининграда, — сказала Таня.

— Не может быть! Это же мой самый любимый город на свете! Мы с родителями прожили там шесть лет.

— А где именно?

Я назвал адрес. Тут уж настал Танин черед удивляться: — Не может быть!

Это же соседний с нашим дом!

Мы ни разу не пересеклись, хотя ходили по одним и тем же улицам, учились в соседних школах! Нас обоих водили на детские утренники в театр, где служили Танины родители. Выяснилось также, что я дружил с ее одноклассницей, девочкой по имени Аня. Вернее, мои родители общались с Аниными, ну и мы, естественно, тоже. Аня погибла, грустная история...

Но несмотря на это, Калининград остался в памяти светлым городом с замечательной атмосферой, откуда рукой подать до Европы: сел в автомобиль и через полчаса ты уже на польской границе.

Я люблю вспоминать свое детство и благодарен судьбе за то, что рос в благополучной и правильной семье.

Очень хорошо помню состояние кошмара, в котором пребывали все абитуриенты перед аудиторией, где принимал экзамены сам Табаков

Папе исполнилось девятнадцать, маме — двадцать, когда я появился на свет. Они учились в одной школе, там Леша и влюбился в Ларису. Называть их по имени-отчеству даже сейчас язык не поворачивается, они у меня не старые, пять лет назад родили мою младшую сестру Лизу. В школе маме нравились мальчики постарше, так что у папы не было шансов. Потом Леша с Ларисой год не виделись и вдруг пересеклись у кого-то на дне рождения. Папа повзрослел, возмужал, произвел впечатление, все между ними закрутилось и продолжается по сей день.

Отец стал инженером, мама — юристом. В «лихие девяностые» папа, как многие в те времена, потерял работу, его предприятие закрылось. Но он не опустил рук, занялся коммерцией, открыл магазин, производственный кооператив, вкалывал с утра до вечера, чтобы обеспечить семье достойную жизнь.

Теперь мама могла себе позволить заниматься домом, вывозить меня на отдых за границу.

Я родился в Екатеринбурге, но когда мне исполнилось девять, родители переехали в Калининград. Этого потребовал бизнес отца. А через шесть лет вернулись назад.

Забегая вперед, скажу: сегодня мои дедушка, бабушка и тетя живут в Калининграде, куда намерены перебраться и родители, они уже закончили строительство нового дома, где поселятся вместе с Лизой. Считают, что мягкий балтийский климат подходит маленькому ребенку гораздо больше, чем суровый уральский.

В спокойном, безопасном Калининграде меня окружали ребята из благополучных семей, а в Екатеринбурге пришлось сразу окунуться в серую угрожающую действительность.

Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или