Полная версия сайта

Борис Вишняков: «Моя жизнь с Машей Шукшиной»

«Мы оба жертвы. Я и Маша. Жертвы поспешности, неискренности и неоправдавшихся ожиданий».

Когда у Маши выдавался свободный день, я вез ее в гольф-клуб или устраивал прогулку на яхте. Она знаки внимания принимала благосклонно и в то же время сдержанно. А я уже был влюблен, что называется, без памяти. Назвать момент, когда снобистский интерес перерос в страсть, от которой сносит крышу, не могу — знаю только, что через месяц после нашего знакомства не мог думать ни о чем и ни о ком, кроме Маши.

Всегда буду помнить тот ее приезд ко мне на дачу... Я чувствовал себя самым счастливым человеком на свете! И даже то, что в ответ на признания в любви Мария молчала или старалась перевести разговор, не омрачало восторга.

Забегая вперед, скажу, что за последующие шесть лет лишь дважды слышал от нее заветное слово.

После долгих уговоров: «Маша, ну скажи, что ты тоже меня любишь. Пожалуйста, скажи — что тебе стоит?» — она будто выдавливала из себя: «Ну да... ладно... люблю...»

«Маша просто боится раскрыться, — убеждал я себя. — Горький опыт неудачных браков заставляет ее быть осторожной». Надежду, что когда-нибудь Снежная королева оттает, давала передача «Жди меня», которую я теперь постоянно смотрел. На экране Маша была такой, какой мне хотелось видеть ее в жизни: открытой, умеющей услышать другого человека, способной разделить с ним радость и горе. Думал: «Странно. Обычно люди надевают маску перед камерой, а Маша — наоборот».

Как же я ошибался! Но для того чтобы это понять, должны были пройти месяцы. Тогда же, нашей первой осенью, я, как мальчишка, верил в чудо: вот закончатся очередные съемки программы и Маша забудет надеть маску.

И постоянно находил приметы приближающихся перемен...

В октябре мы вдвоем поехали в Европу: несколько дней провели в Германии, потом отправились на один из лучших курортов Испании. Как-то, вернувшись из города, куда ездил за покупками, я не обнаружил Маши ни в номере, ни на пляже. Прочесал всю территорию, заглянул в каждое кафе, поднял на уши администрацию. От отчаяния и страха у меня поднялось давление, виски сдавило дикой болью. Я метался, как раненый зверь, по номеру и поминутно смотрел на часы. Решил для себя: если в семь Мария не появится — вызову полицию. Когда до означенного времени осталось минуты две, зачем-то выскочил на балкон, посмотрел вниз и увидел... Машу. Она шла вдоль бассейна.

В халате, тапочках — расслабленная, умиротворенная.

Крик «Маша!!!» вырвался сам собой. Вздрогнув, она вскинула голову. Наверное, в моем лице было что-то такое, что заставило ее припустить бегом. Через минуту она уже влетела в номер:

— Что случилось?!

— Где ты была?!

— В спа.

— А написать записку или сказать портье, куда идешь и надолго ли, тебе в голову не пришло? Я же чуть с ума не сошел!

— Куда я тут могла подеваться? — беззлобно проворчала Мария. — Поднял панику на голом месте.

Мне было все равно, что она говорит, потому что минуту назад я видел, как Маша испугалась за меня, а сейчас ее глаза излучали теплоту и благодарность.

Наутро я услышал:

— Если ты так за меня переживал, значит, действительно любишь?

— Неужели у тебя были сомнения? Конечно, люблю! И очень хочу, чтобы ты вышла за меня замуж.

— По-моему, ты торопишь события. И потом — я дважды там уже побывала, больше пока не хочу.

Неопределенность ответа меня слегка обескуражила. Ведь незадолго до поездки Маша заявила, что я должен немедленно расстаться с женой: «Я не собираюсь никого ни с кем делить!» Лена была моей гражданской женой на протяжении тринадцати лет.

Когда-то нас связывала любовь, уступившая со временем место уважению и привязанности, которые бывают между очень близкими людьми.

Перед решительным разговором я страшно переживал. Не потому что боялся истерики — знал: ничего подобного не будет. Не давала покоя боль, которую доставлю близкому человеку...

В девяносто пятом, на четвертом году нашей совместной жизни, Лена забеременела. Мы оба радовались скорому появлению на свет сына или дочки. Однако родиться малышу было не суждено.

За один год у нас угнали три машины. Сначала мой «мерседес» — с ВИП-стоянки авиашоу в Жуковском, потом — «фольксваген гольф».

А накануне возвращения Лены из Германии, куда она уезжала по делам фирмы, — и ее «ниссан». Прямо от дома. Это стало последней каплей. Стресс я снимал проверенным мужским способом. Лена застала меня допивающим вторую бутылку коньяку. Молча развернулась и ушла ночевать к подруге. А на следующий день поехала в больницу и сделала аборт.

Как же мы оба об этом потом жалели! Забеременеть еще раз Лене так и не удалось. Лучшие российские и немецкие гинекологи, у которых она консультировалась, разводили руками: «С физиологией все в порядке. Причина исключительно психологическая. Пусть пройдет время». После трагедии мы старались избегать любых, даже самых мелких конфликтов, но время не лечило...

Подпишись на канал 7Дней.ru

Комментарии



Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или