Полная версия сайта

Ирина Слуцкая. Счастье мое

Перед родами, когда шел «Ледниковый период», она шутила: «Ребята, без меня не снимайте. Я только в роддом и обратно!»

Победив болезнь, Ирина в седьмой раз стала чемпионкой Европы и завоевала бронзовую медаль на Олимпиаде в Турине

А я-то при нем не плакала ни разу, о том, как мне больно и обидно, не говорила. У меня же характер! Он мучился, ждал звонков. Дождется, а я ерунду какую-то несу: как тренируюсь, какие новые элементы освоила. А про главное: почему он так изменился — ни слова! Когда Катя ему позвонила и всыпала по первое число: «Ты что с ней делаешь-то? Она плачет целыми днями, любит тебя! Зачем ты ее мучаешь?» — тогда Сережка и понял, что с проверками нужно завязывать.

С тех пор мы стали жить вместе. Я возвращалась в дом, где меня теперь ждали не только родители, но и любимый человек. Сидели вечером с Сережей на кухне, пили чай, говорили обо всем на свете, и это было счастье.

Я продолжала много ездить на соревнования. Но Сережа никогда не настаивал, чтобы я бросила фигурное катание, понимал, что не смогу.

Многое ему пришлось со мной пережить. И если бы не он, не знаю, хватило ли бы у меня сил остаться в спорте.

На чемпионате России 1998 года я хорошо откаталась и, не глядя на табло с оценками, пошла в раздевалку, уверенная в призовом месте. Сижу, отдыхаю. И тут заходит мама:

— Собирайся, поехали. Ты четвертая.

Я опешила:

— Не может быть!

Выбежала из раздевалки, смотрю на табло: «№ 4 Слуцкая». Как же так? Я должна войти в призовую тройку! Я это честно заработала!

Не помню, как вернулась обратно, как одевалась и оказалась на улице.

— Ира!

Я обернулась.

Сережа стоял с букетом роз и плюшевым медвежонком.

— Привет...

— Ты куда?

— Не знаю...

Он сразу все понял, молча обнял меня, потом взял за руку и посадил в машину. Я смотрела на укатанную снежную дорогу, на светящийся огнями город, а в голове вертелось только одно: «Несправедливо! Почему? За что?»

Совсем недавно я узнала, что произошло, кто были те люди, кому и сколько они заплатили, чтобы выиграла не я. Узнала совершенно случайно. Я и раньше догадывалась, что в спорте многое продается, но когда это происходит с тобой, всегда тяжело.

Но для меня все оказалось к лучшему. Поражение, особенно несправедливое, только закаляет!

Еще долгое время чемпионат России был для меня страшным испытанием. За несколько недель до него я словно деревенела, тело сковывало, начинали трястись руки. Боялась выходить на лед. При этом я уже была многократной чемпионкой Европы и призером чемпионата мира.

Жанна Федоровна, родители и, конечно, Сережка помогли мне пережить эту историю. Как-то раз мы гуляли с ним, и я в шутку сказала:

— Слушай, все равно же вместе живем, давай поженимся?

Он обрадовался:

— Давай!

Мы начали готовиться к свадьбе. Я все придумала, надавала Сереже распоряжений и уехала на сборы во Францию. Звонила домой: «Ну как, справляешься?» — и давала новые наставления.

Вернулась, и мы поженились. Была очень красивая свадьба, с венчанием, рестораном, шикарным платьем, воздушными шарами. Все вышло как мечталось. Отгуляли, а через два дня я опять улетела на соревнования.

2002 год стал проверкой наших отношений. Я практически не жила дома. Приезжала на несколько дней и уезжала опять. Звонила мужу постоянно: люблю, скучаю! Но впереди была Олимпиада в Солт-Лейк-Сити.

На летние сборы поехали я и мой тренер по общей физической подготовке. Франция, межсезонье, словно вымерший горнолыжный курорт. В округе — один продуктовый магазин работает два часа в день и один ресторан, где нас кормят. Больше ничего.

Утром просыпалась, встречалась с тренером в ресторане, мы завтракали и пешком в горы: вверх-вниз, вверх-вниз. И так часов шесть — за это время организм насыщался озоном. Потом разминка — и домой. Обедали, два часа спали и снова в горы.

Я сходила с ума. Делать нечего, никого нет! Разговаривала по телефону с Сережкой и вязала огромный ковер. Вязала, пока глаза не закрывались. С утра все повторялось: горы, сон, горы, ковер... Каждое утро тренер встречал меня словами: — Что, Слуцкая, надоело?

— Надоело...

— А надо, Слуцкая, надо!

И мы снова шли в горы.

Еле живые доползали до обрыва, падали в траву и смотрели на долины, на орлов, которые парили на уровне глаз.

Потом поехали на Корсику: поле с домиками, стадион с искусственным покрытием, сквозь которое пробиваются колючки, и снова — никого. Солнце палит, пот льет градом, а я как заводная: прыжки, отжимания, бег, приседания... В какой-то момент сорвалась, кричу тренеру:

— Не могу больше, надоело!

— Медаль хочешь, Слуцкая?

Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или