Полная версия сайта

Татьяна Буланова. Мой ненаглядный

В день нашего бракосочетания на мобильный Радимова пришло сообщение: «Будьте вы прокляты!»

Влад и Таня не хотели огласки своих отношений до свадьбы

Еще собирались во дворе, включали на полную мощь кассетный магнитофон и устраивали танцы. Однажды кто-то вызвал милицию. Мы спаслись бегством и считали себя такими крутыми! Другой попыткой приоткрыть дверь во взрослую жизнь стали сигареты. И вот мы с девчонками как-то отрываемся на катке: сняли шапки, распустили волосы, закурили... «Это еще что такое?! Вот погоди, отец узнает!» — вдруг прогремел над ухом мамин голос.

Я тут же натянула шапку и спрятала в кулаке горящий окурок. От ужаса даже боли не почувствовала. Мама велела немедленно отправляться домой, а сама пошла в магазин. Я брела по улице, вжав голову в плечи от предчувствия, что меня ждет. По дороге пришла мысль, что чистосердечное признание облегчит вину.

Я рассказала папе, что попробовала покурить первый раз в жизни и больше никогда этого делать не буду. Когда вернулась мама, я рыдала в голос, а папа был страшно зол.

— Нина! Значит, наша дочь курит? — с негодованием сказал он.

— Кто курит? Таня? Не может быть!

— Она сказала, что ты видела... — отец был обескуражен маминой реакцией.

Как же мне стало обидно! Мама не собиралась выдавать меня. Я сама сдала себя с потрохами!

Но как ни страшилась я родительского гнева, все равно время от времени покуривала в компании и даже дома, когда никого не было. Три года пыталась повзрослеть с помощью сигарет, а когда в десятом классе все вокруг закурили, бросила.

Такой уж у меня характер: обязательно сделаю не как все. Коля прозвал меня за это «человек наоборот».

Вот принято считать, что певицы и актрисы не вылезают из салонов, а я всю жизнь сама делала маникюр, педикюр, до недавнего времени сама красила волосы. Даже челку сама подстригала. У меня и косметолога не было. Подруга потащила: «Ты уже не девочка, надо за собой следить».

Еще вопреки расхожему мнению, что для артиста пиар — это все, я редко распространяюсь о своей личной жизни. На протяжении долгих лет никто не знал наверняка о том, что Николай Тагрин мой муж, а Саша — наш сын. Многие поклонники, видимо, из-за песен «Колыбельная» и «Не плачь», считали меня матерью-одиночкой. Да и вели мы себя с Колей на людях сдержанно.

Трудно было предположить, что нас связывают не только деловые отношения.

Нередко приходилось слышать, что Коля производит впечатление холодного и несколько надменного человека. «Да как ты с ним живешь?» — недоумевали даже некоторые знакомые. Мне же казалось, что все нормально. Правда, был в нашей жизни один нюанс: каждый из нас имел свои собственные деньги, а на хозяйство мы сбрасывались. Добившись популярности, стали покупать машины, квартиры, строили дачи, но у каждого было свое движимое и недвижимое имущество. Даже ремонт делали, не спрашивая совета друг у друга. Мол, это мое дело, какие обои, плитку и мебель я выберу для своей квартиры. Такой способ существования семьи многим покажется странным. Да и я теперь сомневаюсь, что жили мы правильно.

С одной стороны — все время вместе, не расставаясь ни на день, с другой — отделенные друг от друга, словно броней, нарочитой независимостью.

Кстати, это началось сразу, как только мы заработали первый гонорар. Я купила себе темные очки и блузку для выступлений. Колиному возмущению не было предела: «Как ты могла потратить наши деньги?!»

Его слова прозвучали резко и ударили по самолюбию больно, словно пощечина. С тех пор «наших» денег не было. Лишь «твои» и «мои». Но дело было не только в день­гах. Каждый жил на «свои» и своими проблемами. Если я заболевала, сама вызывала себе такси и ехала к врачу.

Я не задумывалась, почему именно так строю свою семейную жизнь, по-другому тогда не умела.

На свадьбе Таню и Влада поздравляли их дети от первых браков: Александр и Александра

Теперь, по прошествии лет, я понимаю: причина была в том, что я разучилась доверять мужчинам. Был у меня печальный опыт, и не один. Это случилось задолго до знакомства с Колей...

«Таня, нельзя же так. Тебе надо поесть. Может быть, хоть чаю выпьешь?» — просит мама.

Ну почему меня не оставят в покое? Если бы дали сосредоточиться, я бы сразу все поняла. А так уже в который раз я спрашиваю себя: «За что он так со мной? В чем я виновата?» И не нахожу ответа.

Не знаю, сколько я лежу вот так — лицом к стене. Слышу, как мама говорит отцу: «Иван, с ней что-то серьезное. Надо вызвать врача».

Усталая пожилая женщина надела мне на руку манжету и сосредоточенно уставилась на ползущую стрелку: «Не может быть у четырнадцатилетней девочки такого высокого давления! Наверное, что-то с аппаратом». Но и другой аппарат показал то же самое. «Немедленно в больницу! Кто же тебя до такого довел, милая?»

...Мы учились в одном классе. Все девчонки были в него влюблены. Как-то поехала с подружками в Гостиный двор за пластинками. Возвращаюсь,­ мама говорит:

— Тебя во дворе ждет Дима.

— Дима? Ты не путаешь? — спросила я, а у самой сердце уже стучало так, что, казалось, его должна слышать мама.

Он был не один, с другом, нашим одноклассником Антоном. И тут произошло чудо.

Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или