Полная версия сайта

Режиссер Леонид Хейфец откровенно о Дорониной, Миронове и Борисове

«Когда Ефремов пригласил меня, МХАТ как раз «пилился». Столкновения сторон были яростными» — вспоминает знаменитый режиссер.

Сергей Шакуров с Людмилой Гурченко

— Следом за вами из МХАТа ушел Олег Борисов. Все были этим шокированы, близилось его 60-летие, которое собирались широко отмечать, ему были положены награды и привилегии. И он лишился всего этого, резко порвав со МХАТом…

— Я ставил в Театре армии «Павла I», а он хотел его играть… Недаром за Олегом Ивановичем закрепилась репутация человека тяжелейшего. Он конфликтовал со всеми, в том числе и с Товстоноговым. А как не конфликтовать, если Борисов всегда ценой огромных усилий прорывался к сути роли. Он был очень требователен как к себе, так и к другим. Я понял, как тяжело с ним бывает, когда после «Павла I» мы начали репетировать «Маскарад» в том же Театре армии. Вообще-то, начав работать над «Маскарадом» Лермонтова, я знал про дурную молву, которая ходит вокруг этой пьесы. И старые артисты умоляли меня не касаться «Маскарада». Некоторые из них говорили мне: «Вспомните, с Мейерхольдом что было? Революция началась чуть ли ни в день премьеры». Я говорю: «Ну господи, совпаденье же». — «Нет! На «Ленфильме» премьера «Маскарада», который снял Герасимов, была 21 июня 1941 года… В этот же день в Москве, в Театре Вахтангова, тоже была премьера «Маскарада»… На следующий день началась Великая Отечественная война…» 

Затем вспоминался Малый театр, где Роек, игравшая Нину, упала, сломала то ли руку, то ли ногу, причем перелом был очень тяжелый, они надолго останавливались. Словом, много было нехороших историй. Вот и у меня вышло не лучше. Олег Борисов стал тяжело болеть. А поскольку его физическое состояние резко ухудшилось, он, собирая последние силы на репетицию, был особенно безжалостен и требователен ко всем вокруг. Кончилось тем, что репетировать он просто не смог, вскоре после премьеры Борисов умер. На роль Арбенина было много кандидатов. Юрский начал репетировать, но через неделю стал плохо себя чувствовать. Я беседовал с Лановым, даже с Тихоновым. Репетировать пробовал Аристарх Ливанов, кто-то еще. Молодая прелестная Оленька Кабо, игравшая Нину, таких перемен партнеров не выдержала и ушла… Актеров я в итоге нашел, но вскоре и сам был вынужден уйти из Театра армии.

— То есть теперь и вы считаете, что тяжелые истории, связанные с постановкой «Маскарада», не просто совпадения?

— Все-таки есть вещи, которые лучше не трогать, напрасно я не послушал стариков. Была еще одна история, научившая меня верить им. Это случилось гораздо раньше, сразу после «Грозного...». Мало кто знает, что меня тогда приглашали в Художественный театр поставить спектакль «О женщине» — еще до того, как туда пришел Ефремов. Это была пьеса Радзинского. В главной роли — Татьяна Васильевна Доронина. Молодая, красивая. Я так готовился к этой работе, мне чрезвычайно импонировал Эдик Радзинский, его размышления о жизни мне были очень близки. В Театре армии к тому, что я буду ставить спектакль на стороне, отнеслись с пониманием: все-таки МХАТ! И вот я начал репетировать. Тут вызывает меня Михаил Кедров — один из легендарных мхатовских «стариков», которые вчетвером руководили тогда театром, не имевшим художественного руководителя. Кедров считался чем-то вроде наместника Станиславского в Художественном, как папа римский — наместник Бога на земле. 

Подпишись на канал 7Дней.ru

Комментарии



Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или