Полная версия сайта

Ольга Анохина: «Заблудившаяся в собственном сне»

Новая пациентка экстрасенса решила поменять ход времени...

Ольга Анохина

«Тяжелая штора закрывала окно, и больничная палата тонула в полумраке. На кровати неподвижно лежала девушка, опутанная трубками капельниц. Мать сидела рядом и молча держала ее за руку. Вдруг дочь тихо заговорила: «Мама, помоги. Я горю... Горю на костре...» И тут на руке девушки стал вздуваться волдырь, словно от ожога...»

«Хватит реветь! — тормошила я гостью, рыдавшую взахлеб. — Что у вас случилось? С чего началось?» Но женщина все никак не могла успокоиться и только восклицала бессвязное: «Она уходит от меня. Уходит в другой мир!»

Клавдии порекомендовали обратиться ко мне общие знакомые. Состояние, в котором она появилась на моем пороге, было далеко от спокойного. И когда я попросила рассказать, что ее тревожит, женщина смогла произнести только несколько слов сдавленным голосом, после чего ее захлестнули рыдания. Только через час, отпоив Клавдию чаем с травками, я сумела вытащить из нее внятный рассказ.

Ее 15-летнюю дочь звали Ларисой. Девушка всегда была фантазеркой и выдумщицей, бредила романами в стиле фэнтези. И видела сны. Очень красочные, связные, с сюжетом. Мама мечтала, что, может быть, из ее девочки в итоге получится известная писательница. Ведь Лариса с десяти лет сочиняла потрясающие фантастические рассказы. Ей было скучно общаться со сверстниками, куда интереснее наедине с собой, за письменным столом.

Подростки жестоки. Однажды Ла­риса пришла из школы в слезах. Выяснилось, что ей дали прозвище Бла­женная, а на доске вывесили листки с фрагментами ее романа и ехидными подписями. «Дочь плакала: «Вот бы мне попасть в другое время. Вот бы мне попасть в другой мир», — вспоминала Клавдия. — Потом схватила с тумбочки будильник, стала крутить стрелки назад и все твердила как заведенная: «Перенесите меня в другое время! В другой мир! В другое время!» Этот взрыв эмоций ее быстро утомил. Опухшие от слез глаза стали слипаться. Я сказала дочке: «Поспи» — и, укрыв ее, вышла из комнаты... А через час оттуда послышался лай нашей болонки. Захожу и вижу: Тоби запрыгнул к дочке на диван и то лижет ей лицо, то снова принимается лаять. А на полу лежит будильник. Я подняла его. Стрелки не шли, остановились. Позже мы пытались сменить батарейку — не помогло, видимо, от падения что-то нарушилось в механизме.

Ничего плохого я тогда не заподозрила. Разбуженная собакой, дочь проснулась в хорошем настроении. Рассказала, что ей приснился особенно яркий и увлекательный сон — что она в Средневековье и ей удалось добраться до клана ведьм, что они ее приняли...

Этот сон оказался с продолжением. И Лара чуть не каждое утро рассказывала, как дальше развивается сюжет. Жаловалась: «Там было так хорошо, а здесь скучно и уныло. Настоящая жизнь — там». Это меня уже стало понемногу тревожить. Что это за жизнь, когда человек счастлив только во сне? Пыталась поговорить с дочерью, но она меня уверяла, что у нее все хорошо, лучше и быть не может. Вот только она совсем забросила свое писательство. А по вечерам ложилась спать все раньше и раньше. И вот вчера утром я вообще не смогла добудиться ее в школу. Дочь лежала, свернувшись клубком, и крепко спала. Я списала это на переутомление, решила: пусть выспится как следует. Ну а что пропустит школу один раз — не беда. Классному руководителю можно написать записку. Только вот, вернувшись с работы, я застала дочь по-прежнему крепко спящей. Все в той же позе — свернувшись клубочком. Очевидно, она с утра так и не вставала. Рядом сидел Тоби и тихонько выл. Вот тут-то я испугалась. Попыталась разбудить Лару — ничего не получилось. Кричать, трясти ее было бессмысленно. И тогда я вызвала «скорую»... Врачи диагностировали редкое нервное расстройство, предложили госпитализацию. Я поставила условие: отдельная палата, пусть платная, но чтобы я могла быть рядом с дочерью.

И вот когда я сидела у постели моей девочки, обвешанной трубками капельниц, Лара, не приходя в сознание, наконец заговорила. Произнесла всего несколько слов: «Мама, помоги. Я горю... Горю на костре...» И при этом я увидела, что у нее на руке вздувается волдырь, словно от ожога... И ведь врачи ничего не могут сделать! Даже разбудить ее! Но больше всего меня напугал этот волдырь. Видимо, следы того, что происходит с ней во сне, остаются наяву. Я читала о таком, но никогда не думала, что это действительно может быть!» — «Может, — наконец вступила в беседу я. Мне ведь уже было все понятно. — У вашей дочери просто очень мощные экстрасенсорные способности. Будильник упал на пол и испортился не просто так — это она вложила в него силу. Хотела поменять ход времени. Только вот Ларисино неумелое колдовство обернулось против нее. У меня есть обряд, который позволит ей проснуться и снова стать собой. Но вы должны обе­щать, что разрешите мне обучать ее ремеслу целительницы. Это ее природа, а без специальных знаний этот дар будет разрушителен и для нее, и для окружающих». Клавдия со мной согласилась.

Мы поехали в больницу. Склонив­шись над спящей, я начала читать заговор: «Режу и солю, портить не даю. Ни своему, ни чужому, ни глупому, ни жадному, ни завистливому не дам портить ни по глупости, ни по жадности, ни из зависти, ни из корысти, а тем паче нави. Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. И ныне, и присно, и во веки веков. Аминь». Лариса открыла глаза. Глядя на меня, сказала: «А я вас знаю. Во сне вы меня за руку из костра выдернули. Меня ведь к смерти приговорили. Как ведьму».

С тех пор Лариса стала учиться у меня. И со временем стала прекрасной целительницей».

Подпишись на канал 7Дней.ru
Загрузка...




Комментарии




Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или