Полная версия сайта

Владимир Смирнов: Под небом чужим

Возродить в изгнании бизнес не удавалось почти никому, а у Смирнова получилось. Его водку жаловал и сбежавший в Париж батька Махно, и голубая кровь русской диаспоры князь Феликс Юсупов.

Владимир Смирнов Александра Никитина

Пионтковскую Владимир видел на сцене и раньше, но когда их познакомили, решительно потерял голову. В Валентине и впрямь было что-то роковое — по слухам, в ней перемешалась польская и цыганская кровь.

Но был же он счастлив, когда на вокзале Николаевской железной дороги в Москве сделал Шурочке предложение и она шепнула на прощание: «Я стану вам хорошей женой!» Сашенька Никитина, молодая актриса «Александринки», оказалась не только красива, но и умна. После развода он и мечтал о такой супруге — больше ни за что на свете не связал бы судьбу с послушной глупенькой куколкой.

В двадцать два года батюшка Петр Арсеньевич женил Владимира, «чтоб ума набрался», на Марии Шушпановой, дочери богатого горнопромышленника. Однако образованному наследнику, обожавшему театры и искусство, было попросту не о чем говорить с недалекой девушкой. Они практически не жили вместе, оттого и детей, наверное, не завели: Владимир подолгу пропадал за границей и Машу с собой никогда не брал. Но о том, чтобы уйти от жены, и не помышлял — слово отца считалось законом. Однако как только тот умер, Владимир подал на развод.

Шурочка же Никитина была совершенно другой: умная, волевая. Родилась она в Петербурге, в семье бывшего крепостного. Отец служил музыкантом в одном из столичных театров. В 1884 году Никитины перебрались в Москву и поселились в Андроньевском проезде. Жили бедно и одежду четырем дочерям покупали на вырост. Одиннадцатилетняя Шурочка часто играла во дворе, обряженная в пальто с закатанными рукавами: иначе они доставали ей чуть не до колен.

Почти сразу же после знакомства — оно состоялось в гостях — Владимир, уже свободный к тому времени от брачных уз, объяснился в любви. Глядя вслед уносящемуся в Петербург поезду и вспоминая ее прощальные слова, он ощущал подлинное счастье. Обвенчались они в 1900 году, вскоре родился сын. После рождения Володи жена почти не выходила на сцену — лишь изредка появлялась в благотворительных спектаклях, полностью посвятив себя ребенку.

В их доме на Садовой-Самотечной и в подмосковном имении Шелковка жизнь била ключом. Среди развеселой компании актеров здесь частенько бывал и Антон Чехов, слегка влюбленный в хозяйку, которую звал «моя артисточка». В Шелковку часто выписывали оркестры из Москвы. Танцы устраивали в парке на специальной круглой площадке, обсаженной парами будто вальсирующих деревьев. Владимир любил удивить гостей какой-нибудь необычной забавой, например устроил однажды состязания упряжки рысаков с автомобилем «Мерседес-Бенц», за рулем сидел сам.

Володя-младший рос не по годам разумным, в пять лет уже бегло читал, считал и говорил по-французски. По парку Шелковки разъезжал на ослике или пони, гонял на велосипеде в компании любимых фокстерьеров. Уезжая по делам за границу, Владимир Петрович часто брал с собой жену и сына, а если те поехать не могли, регулярно слал письма и открытки с видами городов, где довелось побывать.

...Но не зря же говорят: от добра добра не ищут! Сейчас, глядя на мечущуюся по комнате Валентину, он не узнавал ее. Точнее — не мог узнать себя, своих к ней чувств. А ведь когда-то ему нравились и эгоистичность этой женщины, и ее капризы. Тогда у него еще были деньги. После смерти батюшки, а следом и матушки наследники в октябре 1901 года провели раздел недвижимого имущества и реорганизовали отцовскую фирму, выделив капитал малолетним братьям Сергею и Алексею. Собственниками вновь учрежденного предприятия стали трое старших — Петр с Николаем (сыновья Смирнова от первого брака) и Владимир.

Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или