Полная версия сайта

Что скрывает Венера Диего Веласкеса

Лица Мадонн величайшего представителя золотого века испанской живописи поначалу как две капли воды походили на лицо его жены…

«Менины». Самое знаменитое полотно Веласкеса

Несколько секунд спустя до нее снизу донесся голос дона Диего. Набрав в грудь побольше воздуха, донья Хуана поднялась и, вколов в волосы последнюю шпильку, решительно направилась к лестнице.

Она знала, что муж уже 2 дня как вернулся в Мадрид, но дома он до сих пор не появлялся. Впрочем, ничего необычного в этом не было. С тех пор как несколько лет назад король назначил Веласкеса смотрителем всех королевских галерей, у Диего была во дворце просторная квартира. Комнат в ней вполне хватило бы и для двоих, но Диего не предложил жене перебраться во дворец. А Хуана из гордости ни о чем его не спросила. В конце концов разве не она повторяла Диего тысячу раз, что стоит ей попасть во дворцовые залы — и она начинает задыхаться от пыли гобеленов и змеиного шепота придворных?

Громкий разговор, а тем более смех и даже улыбки считались, согласно дворцовому этикету, верхом неприличия. Так что хватит и того, что сам Диего ради своего тщеславия навсегда отказался от всего этого, а заодно и от тех удивительных полотен о жизни обычных людей, которые когда-то столь блестяще удавались ему в Севилье. Хватит того, что теперь он вместо царственных севильских водоносов пишет королевских карликов-идиотов. Для себя такой жизни Хуана не хотела.

А Диего ни к чему ее и не принуждал.

Поначалу он лишь изредка оставался ночевать во дворце, когда придворные обязанности задерживали его слишком уж долго. Но со временем эти отлучки стали все чаще и продолжительнее.

Хуана по-прежнему строго следила за тем, чтобы слуги держали в порядке кабинет мужа и его мастерскую, а к обеду ставили для него прибор. Но он и к обеду приходил все реже… «Король нуждается во мне. Живопись стала для него единственным отдохновением…» — говорил он жене. И Хуана делала вид, что верит.

Впрочем, для короля Филиппа это и в самом деле были трудные времена. В один год он потерял жену и юного сына-наследника Бальтазара Карлоса, который как раз готовился к бракосочетанию со своей двоюродной сестрой Марианной Австрийской. Единственной возможностью сохранить дипломатические договоренности, достигнутые накануне долгожданной свадьбы, а вместе с тем и свой род на испанском престоле давал Филиппу новый брак. С собственной племянницей… И дворец, которому скоро предстояло принять молодую королеву, нужно было украсить со всей возможной пышностью.

Диего не обижался на жену за то, что она так и не смогла стать истинной придворной дамой, оставив мужа в одиночку выживать в золотой клетке королевского дворца (на фото)

Выбрать для его украшения лучшие картины, а также найти художников, готовых, а главное — достойных расписать фресками залы королевского дворца Алькасар, монарх повелел дону Диего. И весной 1648 года Веласкес отправился в Италию. Предполагалось, что он проведет в поездке шесть месяцев, но путешествие растянулось на долгих три года…

— Ну что же ты молчишь, Хуана?

Испытующе глядя на жену, дон Диего отставил в сторону хрустальный бокал, в котором супруга по испанскому обычаю поднесла ему холодную родниковую воду, которую в этой засушливой стране издавна считали напитком более изысканным, чем вино. Несколько прозрачных капель, как слезы, скатились по стенкам бокала на дно…

— Я знаю, что ты была в моей мастерской.

Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или