Полная версия сайта

Бывший муж Дапкунайте: «Я сразу понял: Ингеборга меня бросит»

«После развода с Ингеборгой прошло около двух лет, когда я снова связал свою жизнь с Дапкунайте. И вот мы вместе уже 20 лет… Так что эта фамилия стала для меня роковой»

И все равно чувствовал себя на голову ниже однокурсников. Мой друг Саулюс Баландис к тому времени уже снялся в двух фильмах. Ингеборга занималась танцами, ходила в самый знаменитый в Вильнюсе драмкружок, откуда почти все поступали в театральный. Кроме того, она свободно владела английским — до этого успела пожить с родителями-дипломатами на Шри-Ланке… Ни у кого не было сомнений, что Дапкунайте возьмут. И она никогда не говорила о том, чтобы поступление далось ей большими трудами. Я мучительно осознавал, насколько недостоин Инги, и целыми днями размышлял: «Что мне делать, черт побери?» Ведь я уже не мог учиться, забыл, зачем сюда поступал: только наблюдал за ней, как за красивой бабочкой. Вместо лекций срисовывал цветочки с ее блузки, вел дневник тайных воздыханий. Но своих чувств показать не мог.

И был счастлив уже тем, что у нас с Ингеборгой появилась общая компания — Саулюс Баландис и Таурас Чижас. Три мушкетера и прекрасная миледи, которых объединили общий юмор, легкое отношение к жизни и процессу обучения… Дапкунайте на курсе прозвали Гагой — видимо, за обилие букв «г» в ее имени. Еще, бывало, прилепится какой-нибудь образ из этюда — и потом от него не отвяжешься. А все, что придумывала Инга, было оригинально и смешно. Например, она показывала голодного поросенка, который провел без пищи две недели: сама худющая, бегала по сцене на локтях и коленках... И потом ей долго припоминали «костлявую хрюшку». А в дипломном спектакле Ингеборга сыграла героя с уродливо выдвинутой челюстью: лицо перекосило, речь полностью изменилась — ее было не узнать. После этого Дапкунайте все приветствовали так: «Здорово, ротище!» Как-то наш мастер задал написать сценарий и поставить по нему небольшую сценку.

Я был счастлив уже тем, что у нас с Ингеборгой появилась общая компания — Саулюс Баландис и Таурас Чижас. Три мушкетера и прекрасная миледи. На проводах в армию. Слева направо: Баландис, Сакалаускас, Дапкунайте

Сюжет долго не давался, и тогда от отчаяния мы купили литовский ликер «Бенедиктин», на этикетке которого был нарисован старый монах. После нескольких рюмок этот персонаж ожил… «Жениться Бенедиктину запрещала церковь, но он влюбился в юную прихожанку, греховодник», — игриво грозила бутылке пальчиком Инга. «И пусть он все время будет под мухой!» — хохотали мы. Мастер, конечно, на следующий день не оценил этот пьяный бред и орал на наши похмельные головы: «Что за дурацкий Бенедиктин? Какую линию он несет?»

И в нашем первом фильме в 1984 году мы с Ингеборгой сыграли вместе — это была картина «Моя маленькая жена» Раймундаса Баниониса. Дапкунайте сначала пробовали на главную роль, но дали второстепенную.

Инга страшно обиделась — просто конец света! Это был первый фильм и у сына знаменитого Донатаса Баниониса, поэтому ему активно помогал худрук киностудии Витаутас Жалакявичус. И предрекал Ингеборге: «Эта роль в сто раз выгоднее, чем главная! Она тебя откроет!» И правда — потом ее завалили предложениями. В том числе и сам Витаутас.

Характер у Жалакявичуса был непростой, и когда он приезжал на съемки, мы сразу напрягались. Если ему не нравился отснятый материал, Витаутас кричал: «Я не понимаю, кто здесь кого трахает?!» — и все мышцы его лица дергались на каждом слове. Он мог при встрече пожать актеру руку и, не выпуская ее, отвернуться — завести разговор с кем-нибудь еще. А ты так и стоишь, как на привязи… Минут через 10 режиссер вновь тебя замечает: «Ах, ты все еще здесь?»

— и снисходительно разжимает «капкан».

Не считался Жалакявичус ни с начинающими, ни с известными актерами. По киностудии ходила байка про Адомайтиса, которому сразу после съемок у Витаса надо было ехать в театр. А режиссер все не отпускает: «Еще дубль! Еще дубль!» Ассистенты робко попросили у него машину от киностудии. «Кому? Адомайтису? Машину? Дайте ему лыжи — как играет, так пусть и едет!» — заявил Витаутас. Хотя на самом деле Адомайтис сыграл эту сцену превосходно.

Эгоистичный режиссер запросто может сломать начинающего актера, но мы держались на заветах нашего мастера курса: «Если вас ругают — не принимайте на свой счет, валите все на персонаж». Баландису тоже досталась роль, и он, как опытный, поучал нас с Ингой.

Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или