Полная версия сайта

Эдуард Машкович: Для родителей Тани я был негодяем

«Мне больно вспоминать о нашей истории. Эта рана, думаю, никогда не затянется».

Я встречал их на летном поле. По моей задумке оператор должен был снять, как наши звезды спускаются по трапу. Самолет уже садится, а тут, как назло, заклинило камеру. «А можно через диспетчера попросить летчика, чтобы он еще один заход на посадку сделал?» — умоляю стоящего рядом начальника смены. Удивительно, как у нас любят артистов! Не успел он по рации дать распоряжение, как самолет послушно снова взмыл в небо. Когда артисты наконец приземлились, Лидия Смирнова вышла белая от ужаса: «Ты не представляешь, что с нами было! У меня чуть инфаркт не случился!» Понятно, что я не стал раскрывать ей секрет авторства этого «ужаса». А спустя время этот случай стал гулять по Москве как анекдот…

Потом меня повысили, назначив заместителем директора в кинотеатр «Форум», что на Садовом кольце.

Я уже устраивал не только премьеры, но и творческие вечера актерам. Там-то и познакомился с Нонной Викторовной Мордюковой. С ней у меня была дивная история. Однажды звонит мне директор одного клуба из маленького городка под Рязанью.

— Вот если бы к нам Мордюкова приехала! Эдуард, может, устроишь?

— Эка замахнулся! Ну как я ее уговорю?

— Умоляю, скажи, мол, это есенинские места, что ее ждут: и поселковый совет, и горсовет. Прием по высшему разряду обеспечим!

Звоню Мордюковой: «Нонна Викторовна, просят приехать… Народ вас требует». Платили, между прочим, за такие выступления очень здорово! А она — ни в какую. Долго я ее уламывал.

Звезды советского кино относились  ко мне с уважением, я для них  был авторитетом

Наконец согласилась. Радостный звоню директору клуба, мол, ждите, завтра вечером будем у вас с Мордюковой.

Путь к есенинским местам был хоть и не далекий, но сложный: выйти на какой-то станции, пересесть на «одноколейку» и доехать до полустанка, где нас встретят. Покупаю билеты. Звоню Нонне Викторовне, а у нее, оказывается, — день рождения. Слышу, в ее квартире шум-гам, гости веселые. Нонна вдруг начинает артачиться:

— Да не поеду я! Пошли все к черту!

— Ты с ума сошла, там уже пионеры галстуки нагладили, ждут на платформе любимую артистку с оркестром!

— Ладно... когда поезд? В шесть утра? Давай ко мне, там разберемся… Приезжаю к Нонне, а там пир горой в самом разгаре!

За столом ее муж, Владимир Сошальский, Римма Маркова, подружка ее боевая, сестры, гости. Смотрю на часы — время отъезда неумолимо приближается, а застолье и не думает заканчиваться. Нонна уже «хороша». «Как же я ее повезу?» — думаю я. Улучив момент, шепчу ей: «Имей в виду, я на полпятого утра заказал такси». Она кивает головой. Празднование продолжалось почти до утра. Наконец кое-как мне удалось посадить Мордюкову в такси. Приезжаем на Павелецкий вокзал. Темно. Вокруг ни души. На платформе стоят две электрички: в одной — темно, в другой — свет горит и, кажется, внутри кто-то ходит. «Нонна, — говорю. — Стой здесь. Сейчас узнаю, где наша. Только ни с места!» Захожу в освещенную электричку, вдруг двери закрываются и она трогается. Я с ужасом понимаю: Нонна сейчас постоит-постоит, потом плюнет на все и домой поедет.

На первой же остановке выскакиваю из вагона как ошпаренный и бегом по шпалам обратно на Павелецкий вокзал. Хорошо, что был молодой, спортом в армии занимался. Рядом со мной, помню, еще солдат бежал, тоже, видно, бедолага не туда сел. Километров шесть бок о бок бежали. Время я не засекал, но, думаю, мировой рекорд в беге по шпалам установил. Выбегаю на платформу, а Нонны нет. Гляжу — во второй электричке свет. Кидаюсь к проводнику: «Вы мою спутницу не видели? Народную артистку? Она еще в платке замотанная и в очках здесь стояла…» А он плечами пожимает. «Пойду-ка по вагонам поищу. Может, она погреться зашла», — решил я. А потом подумал с отчаянием: «Да зачем ей это? У нее нет билета, да и куда ехать, не знает». И что вы думаете? В одном из вагонов вдруг вижу — моя народная артистка лежит на скамейке, подложив под голову сумку, и сладко спит.

На счастье, это оказалась наша электричка. Нонна выспалась, протерла глаза и даже не спросила, где я был. Ей даже во сне не могло привидеться, какой я ради нее совершил кросс!

Наша дружба с Мордюковой возобновилась, когда я перешел работать в Театр киноактера главным администратором.

Там я познакомился со всеми звездами советского кино. Это были легенды! Все с богатой биографией — творческой, личной. Характеры разные, сложные. Старшее поколение — Крючков, Санаев, Хвыля, Смирнова, Ладынина, Федорова — с уважением относились ко мне, я для них был авторитетом. И они приняли меня в свою творческую семью. Чувствуя мою любовь и внимание, отвечали тем же.

Подпишись на канал 7Дней.ru

Комментарии



Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или