Полная версия сайта

Анатолий Руденко: «С Леной мы начали все с нуля»

«Я разделся до трусов — и тут входит Лена. Я жду от девушки смущения, а она вдруг возьми и зевни во весь рот! »

Несмотря на свои заслуги и известность, Касаткина считала, что учиться никогда не поздно, режиссеру она говорила: «Разжевывайте мне все, как студентке». Меня же она научила импровизировать — у нас не было ни одного одинакового спектакля! Вспоминается один забавный случай: по сюжету героиня Людмилы Ивановны должна была сообщить мне, что ей исполняется 80 лет, а я — восхититься и удивиться… И вот Касаткина полностью забывает и опускает этот разговор, я не понимаю, что происходит, и аккуратно подвожу к теме: «Так у вас же скоро день рождения!» А она отмахивается: «Ой, не хочу об этом говорить!» Я: «Ну и ладно!» Видимо, из противоречия она тут же вспоминает: «Как это «ладно»? Мне скоро 80 лет!»

После прогона дипломного спектакля ко мне подошел незнакомый человек: «Я хотел бы показать вас Табакову, ждите звонка».

И именно в тот вечер, когда мы с однокурсниками отмечаем дипломный спектакль, вдруг раздается обещанный звонок: «Толя, завтра вас ждет Олег Павлович». А мы еще не собираемся расходиться — такое событие у студентов театрального вуза раз в жизни! Идем большой компанией гулять по Москве, шумим и смеемся… В результате нас вдруг догоняет милицейская машина: «Устраиваем беспорядки?» Оказалось, на шум пожаловались жители близлежащих домов… Меня с друзьями сажают в машину и собираются везти в участок. Мы тут же включаем все свое актерское обаяние. «Как в участок? Мне нельзя в участок! Мне утром надо к Табакову!» — говорю я. Они прониклись и отпустили нас. В ту ночь я уже не ложился и под утро дошел пешком до «Табакерки». Олег Павлович не обратил внимания на мой помятый костюм… И, наверное, я не произвел на него впечатления, но расстраивался недолго, потому что вскоре меня утвердили на проект «Дорогая Маша Березина», которым увлекся...

У актеров так бывает: играешь любовь в кадре и настолько стараешься убедить зрителя, что в первую очередь веришь сам себе…

Таня — человек ответственный и рациональный,  в том числе во взглядах на свою жизнь: она все очень четко планировала. В этом мы с ней не совпадали

И когда съемки заканчиваются, вдруг осознаешь, что уже не можешь без того человека, с которым пережил столько сериальных страстей. Но реальные отношения с талантливыми и известными актрисами вносят в сюжет свои коррективы…

В сериал «Простые истины» я попал на первом курсе — с Таней Арнтгольц мы там сыграли влюбленных школьников. Ни о каких сантиментах мы с ней тогда даже не задумывались, и хотя меня утвердили за схожесть с кумиром молодежи Леонардо Ди Каприо, ничье сердце я на проекте не разбил. Вся эта романтика воплотилась в жизнь спустя несколько лет...

А тогда мы просто дружили. Иногда тусовались втроем с общим приятелем Ваней Похмелкиным (Таня даже потом стала крестной его дочери). Приходили в «Щепку», где Арнтгольц училась на курс старше нас... Когда начали встречаться, вспоминали о тех первых съемках и какие мы были смешные, зеленые. Как-то однажды в перерыве между сценами я уснул на стульях, и Таня почему-то обратила на меня внимание и запомнила это: «Ты так мило посапывал!»

С сериалом у меня не сложилось: оплата труда юных актеров была повременной — за 15 минут съемок, а торчишь на площадке с утра до вечера, при том что это первый курс училища — просто физически тяжелый и самый насыщенный по предметам. Я отснялся в первом сезоне и стал отстаивать свои права — чтобы платили за целый съемочный день.

Режиссер не согласился так меня выделять среди других молодых коллег, даже слух обо мне пошел: «Руденко зазнался, у него звездная болезнь!» Что, впрочем, на карьеру не повлияло...

С Таней мы с тех пор периодически виделись на пробах… И наши судьбы пересеклись, как раз когда я снимался в сериале «Две судьбы» у знаменитых режиссеров Ускова и Краснопольского. Я вдруг загремел в больницу с глупой, но тяжелой травмой. Пошли мы с друзьями кататься на санках с большой горки. Я со всей дури въехал в кусты, ударился о дерево... В грудь будто гвоздь вбили: пытаюсь вздохнуть — и не могу, ползу, корчась, хватаюсь за горло… А ребята на горке показывают на меня пальцем и хохочут: «Толян, кончай прикалываться!» Потом увидели, что истекаю кровью, вызвали «скорую»…

Скучаю, несчастный, в больнице, вдруг звонит Таня Арнтгольц: «Ну что, живой?» Она в это время снималась вместе с моей мамой в сериале «Бес в ребро», а я как раз сломал три ребра, так что у нас нашлась общая тема для разговоров... Мне было приятно такое внимание, и я в ответ приглашаю Таню на свой спектакль в Театр Российской Армии. Она смеется: «Сначала на ноги встань!» Я поднялся, не только на ноги — и на подмостки. После моего выступления вышли с Таней на улицу, я жду рецензий, а она выдает: «Мне не понравилось!» Мы начали горячо спорить и, видимо, с этого момента чем-то друг друга зацепили. В следующий раз я принес Тане цветы: наверное, отчасти хотел загладить свое неудачное выступление. Было даже странно, что я так долго видел в ней только друга. Хотя неправильно рассматривать это и как любовь. Когда симпатичные люди оказываются рядом и они одиноки — возникает притяжение...

Подпишись на канал 7Дней.ru

Комментарии



Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или