Полная версия сайта

Евгений Стеблов: «В Вертинскую я влюбился сразу»

«Она поцеловала меня в ухо... У меня мороз по коже пошел, настолько сильное это было ощущение».

У нас с Никитой шли съемки очередной сцены в танке. Мы забираемся в люк и... обнаруживаем там девушку

Но тогда для Никиты это было огромное потрясение.

— Никита Сергеевич всегда сдержан, трудно представить его эмоциональным...

— Возможно, таким он представляется вам, но я знаю его совсем другим. Уверен, что Никита не изменился. И эмоции свои он никогда не скрывает.

Так было после похорон Юры Богатырева. Юра поступил в институт, когда я его окончил. Но мы дышали одним воздухом, чувствовали одинаково. Могли не видеться годами, но при этом разговаривали по телефону каждый день. В последний раз я позвонил Юре за пять часов до того, как его не стало...

Мама Юры после поминок во МХАТе попросила меня и Никиту поехать к ним домой, в однокомнатную квартиру на проспекте Мира, чтобы помянуть Юру в узком кругу.

Мы с Никитой приехали, посидели с Юриной мамой, а потом вышли на лестничную клетку, посмотрели друг другу в глаза и заплакали...

Щукинское училище — отдельная история.

Я поступил туда в шестнадцать лет и оказался самым младшим на курсе. Он у нас был блистательный: Боря Хмельницкий, Толя Васильев, Инна Гулая, Валя Малявина, Галя Яцкина, Наташа Селезнева, Маша Вертинская...
Маша, сыграв у Марлена Хуциева в фильме «Застава Ильича», тогда стала, как сейчас сказали бы, настоящей кинозвездой.
Этот фильм был событием. Его ругал Никита Сергеевич Хрущев. А в то время если власти ругали кино, оно становилось не просто событием, а очень большим событием.

Вокруг Маши образовался особенный ореол.

— А у вас тогда уже была известность?

— Тогда еще нет. Маша стала известной с первого курса, а я только со второго — когда на экраны вышел фильм «Я шагаю по Москве».

— Говорят, в Марианну Вертинскую нельзя было не влюбиться...

— Это правда. Я влюбился сразу, как и все мои друзья. Мы с Витей Зазулиным, ныне работающим в Театре имени Вахтангова, носили за ней портфель, а Боря Хмельницкий и Толя Васильев водили Машу в кафе-мороженое. Через несколько лет Маша и Боря стали мужем и женой. У них родилась дочка Даша...

В конце первого курса мы с Машей делали отрывок из пьесы «Правда — хорошо, а счастье — лучше». Я играл Платона, она — Поликсену. И Маша поцеловала меня в ухо... Я хорошо помню, как у меня мороз по коже пошел, настолько сильное это было ощущение. Я запомнил этот поцелуй на всю жизнь. И посвятил Маше Вертинской свою следующую большую работу в кино — «До свидания, мальчики!» по нашумевшей повести Бориса Балтера, где мне предложили главную роль.

Почти весь фильм снимался в Евпатории. На майские праздники нас отпустили в Москву. Жил я тогда еще в коммунальной квартире. И вот, представляете, прилетаю, захожу в дом, и вдруг утром 1 мая звонит телефон — Маша Вертинская. Она понятия не имела, что я прилечу, просто набрала номер. Чистая мистика!

Наташа Богунова, с которой в картине «До свидания, мальчики!» мы играли любовь, была совсем ребенком — ей только исполнилось пятнадцать

Поднимаю трубку, а она спрашивает: «Ты что делаешь?» — «Да ничего». — «Ну, приходи ко мне». Легко сказать! Я у Рижского вокзала жил, в одном дворе с Володей Высоцким, а Маша — около Елисеевского магазина. В городе же в тот день не проехать — демонстрация, все оцеплено.

Но проходными дворами, переулками я все-таки пробрался в центр. Помню, как лез через ворота Елисеевского магазина, и у меня было ощущение, что я участвую в съемках фильма «Ленин в Октябре», в известной сцене со взятием Зимнего. Я лез в костюме, галстуке, чуть не порвал пиджак. Но жертвы были не зря — к Маше я дошел.
Она принимала меня в кабинете отца, угостила кофе, а потом взяла свою совершенно очаровательную фотографию и написала: «Милому, чудному Женечке». И поставила ударение — чУдному.

Подпишись на канал 7Дней.ru

Комментарии



Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или