Полная версия сайта

Илья Резник. Как тревожен этот путь

«Газеты ищут «пугачевский след» — мол, они с Мунирой подруги и моя бывшая жена даже останавливалась у Аллы. Не знаю...»

С Пугачевой и Болдиным.  Мы были молоды, помешаны на творчестве и очень дружны

Исполнив эту песню, Женя впервые в истории конкурса «Братиславская лира» увез Гран-при в Советский Союз. Представьте мое удивление, когда услышал, как Мартынов рассказывал в какой-то радиопередаче: «Приехал к себе на родину в Донецк, вышел на берег Дона, а там цветут яблони. Это было так красиво, что позвонил поэту Резнику, поделился впечатлениями, и он написал стихи». Пусть так, не возражаю. Даже рад — значит, мы с ним чувствовали в унисон. Песня-то замечательная получилась.

Жаль только, что это свойство памяти некоторые используют для придания себе большей значимости. Например бывший супруг Пугачевой Александр Стефанович в своих мемуарах зачем-то написал, что познакомил меня с Аллой Борисовной, когда та поссорилась с Леонидом Дербеневым.

На самом деле он не имел ни малейшего отношения к нашему с Аллой знакомству.

В 1972 году на гастроли в Ленинград приехал знаменитый оркестр Олега Лундстрема. В первом отделении выступала эксцентричная молодая певица Пугачева в канотье и с тросточкой. Завершала концерт звезда советской эстрады Галина Ненашева. А я мечтал, чтобы Галина спела мою песню «Любовь должна быть доброю».

Но как подступиться к Ненашевой? После концерта явился за кулисы к Аллочке.

— Меня зовут Илья Резник. Ты мне очень понравилась. Классный номер! Не могла бы помочь?

— А в чем дело?

— Да вот хочу песню Ненашевой показать. Посодействуешь?

— Пожалуйста.

На другой день пришел в гостиницу «Октябрьская» в ее более чем скромный номер, и мы с Пугачевой разучили на два голоса мою песню. Ненашева послушала и отрезала: «Не нравится».

Брели по мрачному коридору как оплеванные.

— Алла! Возьми эту песню себе, — сказал я.

— Мне она тоже не нравится. А что-нибудь другое есть?

Я раскрыл матерчатый чехол гитары, где лежали клавиры:

— Вот посмотри.

— Мне нравится эта.

Беру, — объявила Алла.

Через два года я увидел по телевизору, как Пугачева спела на Всесоюзном конкурсе артистов эстрады мою песню «Посидим, поокаем». Заняв третье место, она получила право поехать на конкурс «Золотой Орфей».

К тому моменту я уже стал очень успешным автором. Вместе с Раймондом Паулсом мы написали «Где ты, любовь?» для Сонечки Ротару, наши песни звучали в репертуаре Рената Ибрагимова, ансамбля «Эолика». Набралось на целый диск.

Как причудливо распоряжается нами судьба... Оказывается, мы могли столкнуться с Паулсом намного раньше.

Алла то подойдет к моей машине, где сидел Болдин, то отойдет. Никак не могла решиться.  В результате уехала с Володей Кузьминым

В квартире моей матери в Риге был эркер, я любил сидеть в нем на подоконнике и сочинять стихи — там особенно хорошо писалось. Немного портил общую картину вид из окна на воинскую часть, обнесенную глухим забором с колючей проволокой. И вот в один прекрасный день забор снесли, а на месте серых бараков построили великолепный современный дом из белоснежного кирпича. Именно в нем поселился Раймонд, который тоже любил смотреть в окно и сочинять музыку. Но тогда наши взгляды не встретились.

С Пугачевой творческий союз стал крепнуть с 1979 года. Помню, в скромной «двушке» ее родителей на улице Академика Скрябина Алла сыграла мне свою мелодию. Я сел и через полчаса прочитал ей: «Лето, ах лето, лето звездное, будь со мной».

Подпишись на канал 7Дней.ru


Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или