Полная версия сайта

Константин Купервейс. Жизнь со «звездой»

«Нынешний муж для Гурченко не больше чем кролик. Кролик, которым можно легко пожертвовать».

Константин Купервейс

Я купил газету. Интервью Гурченко называлось «Мои мужья — это отбросы и обмылки».Да-а, сильно. «Обмылком» меня Людмила Марковна еще не называла. Девятнадцать лет прошло, а она все придумывает новые и новые эпитеты.

С момента нашего расставания с Людмилой Гурченко прошло девятнадцать лет — ровно столько, сколько прожили вместе. И я ни за что не стал бы ворошить прошлое, если бы не одно из ее последних интервью.

Таким я был в самом начале  70-х, накануне встречи юдмилой Марковной

Газетных и журнальных публикаций, телевизионных передач в канун юбилея Людмилы Марковны было великое множество. Некоторые я читал и смотрел. Не потому что ностальгирую о прошлом (вот уж нет!) или надеялся услышать о себе доброе слово — с чего бы такие метаморфозы, если с начала девяностых хожу в подлецах и предателях. Двигало мною элементарное любопытство: как некогда близкий человек изменился за два десятилетия? Стал ли мудрее?

Лучше бы я задушил свое любопытство в зародыше. Штампованные, переходящие из одной передачи в другую фразы, замусоленные остроты, ужимки, которые в «исполнении» и тридцатилетней женщины вызывают неловкость... Апофеозом юбилейной вакханалии стала программа «Марковна.

Перезагрузка». Такого острого чувства стыда за другого человека я не испытывал, наверное, никогда. Хотелось крикнуть в экран: «Люся, что ты делаешь?! Зачем тебе это?!» Сразу за воплем души последовал вздох облегчения: «Слава богу, бывшая жена нигде не упомянула моего имени...»

Конец тихой радости положил телефонный звонок. Звонил один из старых приятелей: «Костя, тут в (далее следовало название «желтого» еженедельника) Марковна интервью дала. Я поначалу тебе даже звонить не хотел, но потом подумал: все равно узнаешь. Прежние гадости, которые Люся про тебя говорила и писала, по сравнению с этим — ничто... Кость, такое не прощают! Те из наших, кто читал, — в прострации, не понимаем, как она могла такое написать?!» Естественно, я тут же пошел и купил газету.

Принимая участие в программах «Поет товарищ кино», я познакомился с Люсей и со многими другими замечательными актерами. Здесь фотограф запечатлел меня с Аллой Ларионовой

Интервью называлось «Мои мужья — это отбросы и обмылки». Процитирую самый «яркий» отрывок: «Никто не смеет так поступать со мной. Как можно продавать стулья и кастрюли после того, что было? После меня?! ...Он признавался мне в любви, а за моей спиной готовил свою будущую жизнь. Обмылок!! Сейчас ему не хватает, чтобы вслед шептались: «Смотри, Купервейс пошел — муж Гурченко». Надо быть благодарным, что тебя вынули из дерьма, сделали из тебя человека, а ты взял и плюнул...»

Да-а, сильно. «Обмылком» меня Людмила Марковна еще не называла, да и извлеченным из «дерьма» — тоже. Девятнадцать лет прошло, а она все придумывает новые и новые эпитеты. Откуда такие «долгоиграющие» злоба и ярость? Может, она меня все еще любит? Или не может смириться, что, уйдя от нее, я не стал бомжом, не спился и не почил под забором?

Я не стану искать встречи с Гурченко, чтобы выяснить отношения.

комментировать

Фото Иосифа Кобзона



ПОПУЛЯРНЫЕ КОММЕНТАРИИ
  • Hen Nessy

    #
    Видимо, действительно непростой характерец у Марковны.
  • Geogirl

    #
    Людмила Марковна со своей страстью к пластическим операциям выглядит как ситх)
  • Мери

    #
    Ничего кроме чувства гадливости после прочтения подобных откровений не испытываю. Настоящий мужчина не должен публично опускаться до оправданий, как бы там не складывалиь личные отношения. Это только его версия, которой он может поделиться на кухне со своей новой женой... Какой бы не была Людмила Марковна, она остается в памяти своих поклонников любимой, гениальноой, талантливейшей актрисой. И потом... «Что позволено Юпитеру — не позволено быку»

  • #
    #comment#
  • Не удалось отправить сообщение