Полная версия сайта

Светлана Ходченкова: «Я сказала ему: «Нет!»

«У каждой из нас был выбор — продавать любовь за деньги или нет. Она согласилась...»

Со времени появления на экранах фильма «Благословите женщину» прошло шесть лет, а мой «роман» с Говорухиным продолжает обрастать в прессе все новыми деталями и подробностями. Тогда, в 2003-м, я, обливаясь слезами, приезжала к режиссеру в офис и просила, чтобы он подал на авторов в суд. Станислав Сергеевич, не читая, бросал газету в корзину: «Да будет тебе, Света. Нашла из-за чего расстраиваться. Сплетни — одна из сторон успеха. Прошел бы фильм незаметно — их бы не было. И в суд подавать не стоит.

Мы с мамой в нашей квартире в городе Железнодорожный

Во-первых, слишком много чести, а во-вторых, все равно ничего не докажешь».

Вторая волна слухов прокатилась, когда Говорухин взял меня, студентку, на главную роль в картине «Не хлебом единым». Интернет тут же откликнулся сот­нями комментариев, смысл которых сводился к одному: всем известно, как девицы пробиваются на экран. Не сразу, но я, как и советовал Говорухин, научилась относиться ко всему этому философски. И даже жалеть авторов «комментов». Они живут не своей жизнью, а моей. Значит, моя жизнь чего-то стоит!

Последние годы мы cо Станиславом Сергеевичем практически не общаемся. Говорухин на меня сердит. Он откуда-то взял, что я специально морю себя диетами, из-за которых потеряла «фактурность и индивидуальность».

Категорически не нравится ему и мое участие в сериалах. Как-то передали его слова: «Света — девка хорошая, вот только мозгов нет...» Я разозлилась страшно! Хотела позвонить Говорухину, спросить: «За что вы меня так?» Но выяснилось, что у фразы было продолжение: «...Все мозги ушли в талант». Я расхохоталась: «Ну, это еще куда ни шло!» В конце концов, Говорухин имеет право говорить обо мне что угодно как главный учитель в профессии и близкий человек, который сделал для меня гораздо больше, чем родной отец. «Биологическому» родителю я могу быть благодарна только за свое появление на свет. Мама воспитывала меня одна.

Свекровь возненавидела ее еще до знакомства. Думаю, точно так же она относилась бы и к любой другой избраннице сына. Всю беременность мама только и слышала, что «ребенок не Витин, а нагулянный».

Когда я родилась и оказалась точной копией отца, пришлось сменить «репертуар». Теперь невестка была никчемной хозяйкой, лентяйкой, неряхой и вообще чудовищем, исковеркавшим жизнь ее любимому сыну.

Обычно мама молча сносила оскорбления, но в тот вечер не выдержала. Назвала свекровь «жабой». Та размахнулась и со всей силы ударила ее по лицу. Мама бросилась к отцу, который, стоило им начать выяснять отношения, тут же скрывался в комнате и включал на полную громкость телевизор. Он и теперь не собирался нарушать свой нейтралитет: «Разбирайтесь сами!» Мама схватила меня, полугодовалую, в охапку, посадила на санки — и ушла. В ночь, в пургу. С «трешкой» в кармане. Не взяв ничего из вещей. Не имея ни работы, ни пристанища. Отец даже не попытался ее остановить.

Ночь мы провели на Ленинградском вокзале.

Утром мама позвонила своей матери в деревню Ивакино Можайского района. Сказала, что скоро приедем — нужно только занять денег на дорогу. И услышала в ответ: «Не вздумай возвращаться! Если вернешься, будешь тут всю жизнь прозябать!»

Маме было двадцать два года. Девчонка! Как ей хватило силы перенести еще и этот удар, не знаю. Единст­венный близкий человек отказал в помощи. Сейчас я иногда думаю, что, видимо, должна быть благодарна бабушке: дай она тогда нам приют, вряд ли бы я стала актрисой. Скорее всего, закончив сельскую школу, пошла бы работать на ферму или, как мама, стала штукатуром-маляром. Но ведь в Моск­ве нас могла ждать участь и пострашнее «деревенского прозябания».

Подпишись на канал 7Дней.ru


Комментарии



Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или