Полная версия сайта

Виктор Мережко: «Михалков покорил Мордюкову усами, одеколоном и «мерседесом»

Режиссер вспоминает неизвестные истории об известных актерах.

Наталья Гундарева и Борислав Брондуков

С высоты прожитых лет понимаю: моя жизнь смотрится как что-то приключенческое. Родился я на хуторе Ольгинфельд, но довольно быстро мы переехали. Отец любил выпить, погулять, с работы его выгоняли часто. И мы переезжали с места на место. Жилье снимали. Была абсолютная нищета. Семья-то многодетная — кроме меня еще два брата и сестра-инвалид, а одна сестра умерла совсем маленькой. Я помню, весной взошел щавель под забором, а мама из Азова как раз привезла постного масла. И вот мы приготовили суп из дикого щавеля с маслом! Роскошно. Да что там масло — мы и хлеба-то подолгу не видели. Свой угол у нас появился, когда мне было лет 14—15. Мамина тетка, переехав в город, отдала нам свою хату на Украине. Хата стояла на песках, в самом худшем месте. Там картошка родилась величиной с мой ноготь. И все равно: это был дом. Я там окончил сельскую украинскую школу.

В деревню приезжала «передвижка». Показывали фильмы «Александр Нев­ский», «Большая жизнь», «Смелые люди», «Молодая гвардия». Я всегда околачивался в будке киномеханика. До сих пор хорошо помню специфический запах целлулоида: киномеханик склеивал сто раз показанные, истрепанные ленты. Я грезил кино и после школы решил поступить на актерский факультет в Киеве. Это оказалось нереальным — нужно было знание украинского языка. Пытался я поступить и в институт киноинженеров, но провалился из-за математики. А тут мамин брат дядя Вася из Львова написал: «Пусть Витька приезжает. Поступит — я ему банку варенья в месяц давать буду». Я поехал во Львов и выбрал институт с самым маленьким конкурсом — полиграфический. Учился я там и все время думал о кино. Как-то стал свидетелем того, как снимали фильм «Овод». Съемки шли ночью возле кинотеатра. Собралась толпа зевак, и я стоял в ней вытянув шею. Олег Стриженов, Николай Симонов, оператор, костюмеры, гримеры бегают, мажут лица. Магия!

Вскоре я заметил в себе склонность сочинять разные истории. Помню, оказавшись на практике в Ленинграде, я сидел на скамейке в Летнем саду, записывал какой-то сюжет в тетрадку и воображал: прохожие смотрят на меня и думают: «Вот сидит будущий талант...» Я понимал, что не хочу быть полиграфистом, хочу быть кинематографистом. Так что, отработав после института три года в Ростове по распределению, я поехал в Москву и поступил во ВГИК, на сценарный факультет. Мне было 27 лет. Во вгиковской общаге в Ростокино я оказался одним из самых старших. Жили мы там весело: пели цыганщину, выпивали. Из Городка Моссовета к нам приходили девицы... Одним из моих соседей по общаге был Говорухин. Он поражал своей физической силой: в узком коридоре упирался руками в стены, поднимал ноги и держал под прямым углом. Я тоже вроде был здоровый, но так не умел. Зато я постоянно участвовал в драках. Как-то мне говорят: «Эдика Володарского бьют в гостинице «Турист». Я побежал, ворвался и раскидал там каких-то приезжих. Вот иллюстрация моей наглости и самоуверенности.


Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или