Полная версия сайта

Вадим Долгачев: «Моя жизнь с Мариной Голуб»

«Наш брак был неспокойным, я бы назвал его «браком по-итальянски»: то любовь сумасшедшая, то развод и девичья фамилия!»

Я поступил в Школу-студию МХАТ прямо с колес! В. Долгачев (слева) с однокурсниками

Конечно, и в нашей ситуации решающее слово было за ней.

Я уже опробовал на себе действие ее мощного оружия. Если она включает женское обаяние, устоять невозможно. У тебя реально башню сносит! Каждый миг нашего общения давал мне надежду: «Может быть? Да, может!» А тут вдруг она все резко оборвала…

Прошла неделя. Вдруг звонит Марина и приглашает меня поехать с компанией на пикник. Насте был всего месяц, но бабушка с дедушкой вызвались посидеть с ребенком и отпустили дочь развеяться.

Так получилось, что накануне ночью мы сидели у кого-то из общежитских на дне рождения. И не подозревали, что за стеной разворачивается драма. Девушка одного нашего товарища вдруг решила объявить ему, что бросает его.

«Ты куда?» — спросил парень, свесившись из окна. «Ухожу», — ответила она. «Ну, тогда я за тобой!» — крикнул и прыгнул с третьего этажа. Слава богу, жив остался, сломал только бедро. И тут началось! «Скорая», бессонная безумная ночь на допросе в отделении милиции. Открыли уголовное дело.

А в 9 утра мы с Маней и ее друзьями должны были встретиться на Савеловском вокзале. Я не мог там оказаться на сто процентов, потому что не помнил ни вагона, ни расписания. Но попал именно в ту электричку, именно в тот вагон и в то самое время. Невероятно!

Под Болшевом собралась большая компания. На берегу реки развели костер, жарили шашлыки, пели песни. Там и произошло объяснение.

Набравшись храбрости, я сказал Мане: «Как ты можешь меня прогонять? Я ведь тебя так люблю!»

На следующий день мы вернулись к ней домой вдвоем. Марина в ту пору уже переехала в родительский дом, поменяв квартиру. Они даже жили в одном подъезде: родители на четырнадцатом этаже, а она на пятнадцатом, в «двушке».

Когда мы вошли, Людмила Сергеевна внимательно на нас посмотрела, потом взяла маленькую Настю на руки и передала Марине: «Все, забирайте ребенка, родители!»

Так и началась наша семейная жизнь: Маня, маленькая Настя и я. Помню, как многие мои друзья все допытывались: «Как ты мог? Что чувствовал?.. У нее же ребенок от другого мужчины!» Но никаких внутренних противоречий или душевных борений я не испытывал.

Артистку Театра миниатюр по фамилии Голуб я отметил в спектакле «Лица». (Марина и Константин Райкин)

Чужой ребенок не был для меня преградой…

9 мая мы вернулись к Мане после пикника, а через неделю я уже переехал к ней с вещами. Чего зря время терять? Мы же взрослые люди: мне 24, ей 26. Помните, как фильме «Обыкновенное чудо»? «Вы привлекательны, я чертовски привлекателен!»

Так уж получилось, что романтический период у нас ужался до двух месяцев и пришелся на момент, когда Маня только-только родила. Но мы и на гастроли вместе ездили, успевали и в компании погулять... Когда нам нужно было куда-то бежать, спускали Настю этажом ниже к бабушке и дедушке.

Манины родители были очень интересными людьми. Григорий Ефимович, сын репрессированных родителей, на войне был капитаном пехоты, закончил Высшую школу КГБ и работал какое-то время консулом в Финляндии.

Он долго скрывал, что его отец расстрелян, а мать 25 лет отсидела в лагерях. Но этот факт откопали и «понизили» Григория Ефимовича до директора мебельного магазина. Какое-то время он работал в московском управлении культуры, потом в райкоме партии.

Людмила Голуб когда-то была артисткой Театра имени Гоголя. А потом театр возглавил Борис Голубовский, а, как говорится, двум «голубям» под одной крышей не ужиться. Стало понятно: у кого длиннее фамилия, тот и остается. Людмила Сергеевна ушла из театра и стала ездить на гастроли по стране от «Москонцерта». «Бойцам невидимого фронта», как тогда называли чтецов, платили хорошо.

Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или