Полная версия сайта

Галина Ванюшкина: «Я чувствую свою вину перед Юрой»

«Он играл мужиков из народа и сам был человеком из толпы. Теперь и лег рядом с деревенским простым людом».

Юрий Кузьменков с сыном Степаном

И я решила: раз ничего не знаю — значит, ничего и не было! Меня потом много раз спрашивали: «На чем держится ваш брак?» Отвечала нагло: «На моей мудрости и его любви».

— Работать в одном театре и жить в одной квартире — не слишком ли большое испытание для молодой семьи?

— Я так скажу: когда мне пришлось из-за Завадского покинуть сцену, бросить профессию, которую любила больше всего на свете, единственный, кто поддержал меня, был муж, Юрий Кузьменков. А ведь у меня были мысли покончить с собой, ей-богу, вот такая дура…

Начала работать помощником режиссера. Сына Степу родила. Боль отошла куда-то… Потом к нам в театр пришел Сергей Юрский и начал в качестве режиссера ставить спектакли.

Мне подарили счастье быть у него помощником.

Юрский решил ставить пьесу Островского «Правда хорошо, а счастье лучше». Выбрал этот спектакль специально с прицелом на Фаину Раневскую, которая была уже в возрасте и практически ничего в театре не играла. Сергей Юрьевич поручил мне шефство над старой актрисой — ее нужно было привозить из дома, опекать в театре, провожать домой. Я была наслышана о вздорном характере Раневской и сильно перепугалась. Но потом оказалось, что этот год общения с великой актрисой был одним из самых счастливых в моей жизни.

Не секрет, что Фаина Георгиевна не любила мужчин, а к молодым девушкам относилась снисходительно и с теплотой. Она сама рассказывала мне, как однажды Анна Ахматова спросила ее: «Фаина, вы что-нибудь понимаете в мужчинах?»

На что Раневская ответила в своем духе: «Очень мало. Считаю, что это низшая раса».

Меня она раскусила с первого взгляда: «Галочка, почему ты ушла со сцены? Я догадываюсь: ты не дала этому поцу!» Я промолчала, только залилась краской в ответ. Уж она-то хорошо знала привычки Завадского…

На репетициях Раневская капризничала, в хвост и гриву ругала режиссера, но, надо отдать должное Юрскому — он все терпел, все сносил, только бы Раневская осталась в спектакле. Фаина Георгиевна однажды завопила на весь театр: «Мне пора в милицию заявление писать: меня изнасиловал режиссер Юрский!»

Бедный Сергей Юрьевич за время репетиций похудел на 8 килограммов!

Сергей Юрский и Фаина Раневская. Сцена из спектакля «Правда хорошо, а счастье лучше»

И тем не менее он ее берег.

— Фаина Георгиевна, — кричал ей из зала, — будем репетировать или вы посидите?

— У меня пока еще нет паралича, — немедленно откликалась Раневская.

Я готовила ей чай, мы беседовали во время коротких перерывов, чувствовалось, как ей необходимо это общение, как она одинока.

— Галочка, — говорила она, — мне ехать в театр, как вам на аборт сходить. Вы знаете, сколько мне лет?

— Нет, Фаина Георгиевна, не знаю...

— Мне в субботу будет сто пятнадцать!

Иногда я записывала за ней ее великолепные афористичные высказывания.

Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или