Полная версия сайта

Виктория Лановская: «Абдулов просил: Роди мне сына!»

«Я понимала, что при его отношении к детям просьба родить ребенка значит даже больше, чем предложение».

Вот и работал, работал, работал...

Сашин неукротимый темперамент проявлялся во всем, за что бы он ни брался: в работе, в его хлебосольстве, наконец, в сексе.

Помню, у нас с Сашей была одна любимая игра. В самый разгар застолья я, подав ему знак глазами, неожиданно вставала и шла наверх. Через несколько минут он поднимался ко мне, и мы закрывались в спальне…

Серьезных поводов для ревности я Саше никогда не давала, и крупных скандалов на этой почве у нас не возникало. Хотя стычки бывали. Однажды Саша заметил, что кто-то из гостей настойчиво ухаживает за мной. Ему показалось, что и я с этим мужчиной заигрываю. Когда мы оказались одни в комнате, он неожиданно сильно схватил меня сзади за волосы и тихо сказал прямо в ухо: «Убью!

Б…ь!» Увидев его белые от бешенства глаза, я поняла — точно убьет. Но зато потом… Ревность его страшно возбуждала. А мне только это и нужно было…

Еще в самом начале романа, когда мы жили на улице Гиляровского, кто-то из Сашиных гостей сделал мне комплимент, и я неожиданно кокетливо ответила. Когда все уехали, Саша завелся. Меня это ужасно обидело. И в пылу ссоры я позволила себе фразу, о которой до сих пор жалею: «Что ты выдумываешь? У меня есть ты. Или думаешь, я с тобой, потому что ты — Абдулов? Не такой уж ты великий актер!»

Сказала и сама испугалась того, что сказала. Это прозвучало грубо, категорично. Саша молча встал с дивана и ушел спать.

Утром я попросила у него прощения…

А вот то, что я совсем не ревновала Сашу, его задевало. Я никогда не расспрашивала его о прошлой жизни. Зачем? Все, что было до меня, не имело значения. Никогда не задавала глупых вопросов. Может, поэтому избавила себя от многих огорчений…

Иногда ему звонили какие-то женщины, с которыми он не хотел разговаривать при мне. Уходил в другую комнату. Я была ему благодарна за тактичность. А все остальное считала Сашиным личным делом.

Я во всем доверяла Саше. Думала, он хочет изменить свою жизнь, обзавестись семьей, детьми. Но время шло, а ничего не менялось: днем — работа, по вечерам — гости. Заниматься спортом, бегать по утрам — это был не его вариант.

С самого начала наших отношений у меня было предчувствие, что ничего хорошего у нас с Абдуловым не выйдет. Так и случилось...

По утрам были… сигареты. Он сильно кашлял, у него постоянно болели ноги, вечерами я делала ему массаж стоп… В свои 24 года я понимала, что так жить нельзя. А он — в свои 53 — не понимал. Или не хотел понимать. Торопился жить…

Мы стали ссориться. Один день — тусовка, другой — чей-то день рождения, третий — ресторан. Я устала от такой жизни. Иногда просила: «Давай не поедем никуда. Проведем вечер вместе…» Но когда мы возвращались домой, снова приходили гости…

И вот настал день, когда я поняла, что так жить больше не могу. Как-то утром открываю глаза: рядом лежит Саша и курит. Беззвучно работает телевизор. Начинался новый день, в котором, я знала, все будет как вчера: сигареты, выпивка, застолье… День сурка!

Саша чувствовал, что во мне что-то надломилось, что я стала другой. Но менять ничего не хотел. Или не мог...

Мы разошлись накануне его дня рождения. Я собрала вещи и переехала на съемную квартиру. Какое-то время мы созванивались, а потом я сообщила ему, что уезжаю в Европу. Решила: поживу за границей, так быстрее забуду Сашу. Один раз позвонила ему, сказала, что останусь у родственников надолго. На этом все и закончилось...

Прошло три года. Я слышала, что он женился на девушке по имени Юля. Имя мне показалось знакомым. И тут я вспомнила, что во Внуково ему постоянно звонила какая-то Юля. Он посылал к телефону Алю: «Меня нет, я улетел!» Может, это и была его будущая жена? Не знаю. Как бы то ни было, именно Юля оказалась рядом, когда Саша серьезно заболел. Думаю, он был ей за это благодарен.

Я искренне хотела, чтобы он был счастлив. Он это заслужил.

А потом Саша умер…

Как-то, проходя мимо киоска, я увидела в витрине газеты с броскими заголовками: «Родственники Абдулова подрались из-за наследства!», «Маму Абдулова выгнала из дома невестка!». Мог ли Саша, вложивший в этот дом всю душу, предвидеть, что наступит день, когда Людмила Александровна и Роберт с Алей навсегда покинут Внуково? Что семья, которой он так дорожил, больше не будет собираться за длинным, щедро накрытым столом? Очень жаль, что все так получилось...

Как-то я позвонила Але. Она заплакала в трубку: «Ой, Викочка, деточка, ну куда же ты пропала? Как мы жалеем, что у вас с Сашей ничего не сложилось…»

Спустя несколько лет после смерти Саши я приехала во Внуково навестить Людмилу Александровну.

Ворота открылись, и я увидела красный кирпичный дом с белыми окнами, в котором была когда-то так счастлива… Мы сидели с Сашиной мамой в ее доме, пили любимый Сашин чай и вспоминали его. Зашел Роберт и спросил: «Мы все в Иваново переезжаем. Ты будешь нас навещать?» Вдруг в окно я увидела, как из большого дома вышла женщина с девочкой. «Это Сашина жена и его дочь…» — сказала Людмила Александровна. Я смотрела на них и молчала. «Роди мне сына, пожалуйста…» — вспомнила я слова Саши. В чашке чая на столе привычно остывал распустившийся цветок...

Благодарим салон «Baker» за помощь в организации съемки

Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или