Полная версия сайта

Евгений Жариков: «Любовь и жареные гвоздики»

«Я долго молчал о своих внебрачных детях. Но не хочу оставаться только героем скандала».

Евгений Жериков с женой Натальей Гвоздиковой и сыном Федором

«Внебрачные дети, бросил, денег не давал, подлец», — сколько обвинений в свой адрес выслушал я от женщины, родившей моих младших — Сережу и Катю, хотя я ее об этом не просил. Она выбрала самый жестокий способ сообщить об этом миру. То, что следовало решать лишь нам двоим, что несколько лет было нашей тайной, в считаные минуты стало предметом для обсуждения всей страны. Я не пошел в студию «Пусть говорят», где кипели нешуточные страсти, отказывался от любых интервью, подозревая, что «беседы о творчестве» обязательно закончатся вопросами о внебрачных детях.

Я долго молчал, но однажды вдруг подумал, что так и останусь для многих всего лишь героем секс-скандала. И тогда решил рассказать эту историю.

Сколько себя помню, всегда пользовался успехом у женщин. И, что греха таить, многим отвечал взаимностью. Возможно, сказывалась моя галльская кровь. Отец как-то решил докопаться, откуда происходит фамилия «Жариковы», и выяснилось, что наш пра-пра-прадед — пленный французский офицер, служивший гувернером у орловского помещика и женившийся на одной из его дочерей. Его фамилия была Жерико, но во время паспортизации населения превратилась стараниями чиновников в Жариков...

А может, и актерская профессия способствовала моей популярности у женского пола, помогала одерживать легкие, ни к чему не обязывающие победы. Но к словам «Я тебя люблю» почему-то всегда я относился серьезно. Говорил их только одной женщине. И не ошибся: мы вместе вот уже тридцать шесть лет, что бы ни случалось...

Первая привязанность возникла у меня еще в школе. В драмкружке поставили «Бориса Годунова» и мне доверили роль Самозванца. «Довольно, стыдно мне пред гордою полячкой унижаться!» — читал я со сцены, хмуря брови. А сердце бешено колотилось и рвалось из груди, ведь гордую полячку Марину Мнишек играла Галя Польских, в которую я был по уши влюблен.

Польских училась классом старше, но это меня не останавливало. Иногда мы репетировали у Гали дома. Она жила неподалеку, на Ленинском проспекте, с бабушкой, которая ее вырастила.

Гуляли по улицам, однажды весной, из-под снега едва показалась зеленая трава, я уговорил Галю съездить за город. Мы вскочили в автобус, доехали до конечной остановки «Внуково» и провели чудесный день вдвоем. Носились среди деревьев, играли в салочки. Мне очень хотелось поцеловать Галю, но мои робкие поползновения она обращала в шутку. Может потому, что знала: ко мне неравнодушна ее лучшая подружка Леночка. Но я Леночкой не интересовался.

После школы Галя без особого труда поступила на актерский факультет ВГИКа, в мастерскую Михаила Ильича Ромма. И я следом за ней стал усиленно готовиться к экзаменам. Не знал даже, что актеров в тот год набирали Сергей Герасимов и Тамара Макарова.

Я родился в 1941 году, за несколько месяцев до начала войны

Это не имело для меня никакого значения. Не пугал и огромный конкурс — сто семьдесят человек на место. Главным было снова каждый день видеться с Галей, по которой страшно тосковал.

Удача мне улыбнулась, я стал студентом. Первого сентября столкнулся в аудитории с Польских. «А мы с тобой однокурсники», — сказала она.

Галю оставили на второй год, поскольку она много пропустила, снимаясь в фильме «Дикая собака динго». Только я обрадовался (будем вместе учиться!), как узнал, что она уже замужем за студентом режиссерского факультета Фаиком Гасановым. И у них совсем недавно родилась дочь Ирада...

Расстроился, конечно. Но общаться мы продолжали. Галя с Фаиком часто по- соседски захаживали в гости.

Однажды Гасанов попросил одолжить эспадрон — тупую саблю для занятий по сцен­движению: «Мне эта сабля нужна, чтобы защитить Галю, а то, бывает, к нам среди ночи врывается ее пьяный брат и начинает угрожать, что всех перебьет, если не пустим его. А как оставить, если он по любому поводу цепляется и лезет драться?» Галя с мужем, бабушкой и дочкой ютились тогда в одной комнате, жизни молодым и так не было, а тут еще буйный родственник. Не знаю всех подробностей, но Галя и ее брат росли сиротами, воспитывали их разные бабушки. Гале удалось выбиться в люди, стать известной, брату — нет. Видно, его это сильно задевало, вызывало раздражение.

Я, конечно же, без разговоров отдал эспадрон Фаику. А потом случайно услышал, как Галя отчитывала мужа в коридоре: «Ну что ты разоткровенничался с Жариковым!

Подпишись на канал 7Дней.ru

Комментарии




Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или