Полная версия сайта

Дворцовый переполох

Принц Хокон, обожавший музыку и одно время втайне мечтавший стать не королем, а рок-музыкантом, не мог не заметить веселую блондинку.

25 августа 2001 года тысячи жителей Осло высыпали на улицы, украшенные сотнями флагов, праздничными плакатами и цветами — красными, синими и белыми. Многие нарядились в национальные костюмы. В городе не протолкнуться: повсюду полицейские, подступы к кафедральному собору запружены людьми. Норвежцы — народ веселый, обожающий праздники, но сегодняшний повод необычный: женится сын короля Харальда.

Полицейским приказали держать ухо и глаз востро — возможны беспорядки: народ отнюдь не единодушно воспринимает это событие.

Наконец на площади кафедрального собора появились жених и невеста — принц Хокон, высокий, красивый, по традиции одетый в норвежскую военную форму, и его избранница — Метте-Марит Хьёссем Хёйби, робко улыбающаяся хрупкая блондинка в простом свадебном платье с шестиметровым шлейфом. При их появлении в толпе раздалось несколько женских возгласов:

— Смотрите! Она в фате!

— Я так и думала, что она будет в фате!

Эти восклицания явно достигли ушей невесты, потому что Метте-Марит вздрогнула и прижалась к плечу жениха.

Для нее плыть сегодня сквозь толпы глазеющих со всех сторон зевак было все равно что ступать по минному полю, и она скорее ощущала себя ведомой на заклание жертвой, нежели счастливицей, чья волшебная мечта сбылась.

Метте-Марит повсюду мерещилось лицо Джона Дренджа, и хотя ее заверили, что его не пустят в этот день в Осло, зная бывшего дружка, Метте-Марит опасалась, что он все равно пробрался сюда и прячется за чьей-нибудь широкой спиной, чтобы предстать перед ней со своей издевательски-угрожающей ухмылкой на лице. Это будет конец всему. Собственно говоря, только так все и должно закончиться. То, что она сейчас рука об руку с Хоконом подходит к величественным дверям кафедрального собора, просто сон… Никогда они не доберутся до алтаря, туда еще слишком далеко идти, а у нее уже подкашиваются ноги и тошнит... Раньше так мутило только с похмелья.

Страшно подумать, что сейчас буквально за каждым ее шагом, улыбкой, жестом следит не только вся Норвегия — говорят, на церемонию прибыли четыре короля, пять королев и двадцать принцев и принцесс со всей Европы, приехали тысячи журналистов, по дороге к собору и дворцу установлено больше сотни телекамер. Бежать! Но Хокон крепко сжимает ее руку, она в ловушке, еще худшей, чем салоны самолетов, которых она боится до обморока...

Массивные золоченые двери главного собора Норвегии распахнулись, и невеста ступила на длинную красную дорожку, ведущую к алтарю между рядами гостей. Сколько же набилось народу! Справа король Харальд и королева Соня, сегодня ее темные волосы украшает корона, чуть поодаль от монаршей четы стоит растерянная мать невесты, маленькая тихая женщина в больших очках, которой все происходящее наверняка кажется таким же сном, как и ее дочери.

Во время свадьбы Метте-Марит скорее ощущала себя ведомой на заклание жертвой, нежели счастливицей, чья мечта сбылась

Ночь накануне свадьбы Метте-Марит провела с матерью в роскошном отеле рядом с королевским дворцом — так на современный лад была отдана дань традиции, согласно которой жених забирает невесту в церковь из родительского дома. Они с мамой весь вечер проплакали, не зная, о чем говорить: их миры и раньше-то не особенно совпадали, а теперь они и вовсе будут словно на разных планетах. Вся страна знает, что родной дом невесты на юге, в Кристиансанне, что она там не живет уже много лет, что последний раз ночевала под отчим кровом, когда ей было семнадцать: они, по обыкновению, разругались с матерью, и Метте-Марит хлопнула дверью.

…— Мам, я выхожу за кронпринца… — По тебе плачет лечебница, Метте, я всегда говорила…

Ее мать одна воспитывала четверых детей, отец, погнавшись за очередной юбкой, больше к ним не вернулся.

Нельзя сказать, чтобы 11-летняя Метте-Марит сильно переживала по этому поводу. Ей до чертиков надоели родительские скандалы, которые она помнит с пеленок. Разве может быть что-то общее между застегнутой на все пуговицы некрасивой банковской служащей, у которой на уме только долги, кредиты и список покупок в супермаркете, и пьющим журналистом-графоманом с горящим глазом, подмигивающим любой красотке? Раньше Метте-Марит обожала папочку, считала «современным», «забавным», теперь она его стыдится.

Жених и невеста медленно шествовали по красной дорожке к алтарю. Метте- Марит вцепилась в руку Хокона, как маленькая девочка, боящаяся, что ее раздавят в огромной толпе.

Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или