Полная версия сайта

Борис Вишняков. Шукшина объявила мне войну

«Мария в разговоре объявила меня запойным алкоголиком, которого нельзя подпускать к детям».

В майском номере журнала я рассказал об отношениях с Машей — в надежде, что это поможет их наладить. Но она в наказание лишила меня детей…

Мои отношения с Машей давно перестали быть безоблачными. Вернее, не были таковыми никогда. Даже в первые месяцы знакомства, до того как стало известно о Машиной беременности, она нет-нет да и устраивала скандалы.

Я был сыновьям «круглосуточной нянькой»: кормил, укладывал, гулял

Поводом могло стать что угодно: не то сказал, не там сел. Потом я понял, что так Мария сбрасывает накопленную отрицательную энергию. В конфликт не вступал — уезжал к себе и не появлялся, не звонил два-три дня. Дольше продержаться не мог, потому что был влюблен как мальчишка, потому что прежде ни к кому в столь сильную эмоциональную зависимость не попадал. И не было для меня большего счастья и большей награды, чем изредка оброненное Машей обращение — «Боречка».

А уж когда стало известно, что Мария беременна… Теперь я готов был терпеть от нее все — ведь в сорокалетнем возрасте впервые готовился стать отцом. Отцом двух мальчишек.

Когда близнецам «стукнуло» по восемь месяцев, Шукшина вышла на работу. Еще до рождения малышей Машей было оговорено: няню нанимать не будем — справимся сами. На деле получилось, что «справляться» мне предстояло одному. Из бизнеса, забрав свою долю, пришлось уйти.

Деньги, даже немалые, имеют обыкновение быстро таять, если их изъять из дела и просто тратить. Незадолго до рождения близнецов я подарил Маше «мерседес» — очень дорогой, из разряда бизнес-класса. В Испании и Германии, куда возил Машу, оплачивал горы нарядов. Маша вообще ни в чем не знала отказа.

Теперь, когда подобные траты оказались мне не по карману, я постоянно слышал: «Ты обещал сделать мою жизнь сказкой — почему не выполняешь?» Любые попытки объяснить: дескать, совмещать бизнес с уходом за двумя детьми невозможно — встречались новым потоком обвинений в никчемности и неспособности отвечать за свои слова.

Когда мальчишки немного подросли, появилась возможность параллельно с работой «круглосуточной няней» совершать небольшие сделки с недвижимостью — благо опыт и связи в этой сфере оставались при мне.

Доходы были несравнимо меньше, чем прежде, но все-таки я смог снять дачу по соседству с Машей, куда переехал вместе с Фомой и Фокой. Просто устал слышать от Маши одно и то же: «Это моя территория! У тебя ничего своего нет!»

Мальчишки были на полном моем обеспечении: я покупал им одежду, оплачивал занятия в хоккейной секции «Серебряные акулы». Когда мы с Машей решили, что Фоме и Фоке обязательно нужно пойти в детсад, где с ними будут заниматься логопеды, — эти расходы тоже легли на меня.

Теперь в течение недели дети ночевали в московской квартире матери.

Именно ночевали. Потому что утром, без четверти шесть, я забирал их, чтобы отвезти на тренировку, а после ее окончания — в детский сад. В шесть вечера мы снова встречались, заезжали в какой-нибудь парк, немного гуляли — и отправлялись к Шукшиной. Там я забирал одежду сыновей и мчался на дачу, чтобы успеть ее выстирать, выгладить и утром привезти приведенные в порядок костюмчики. Зачем такие сложности, спросите? Да затем, что потребляющая «серьезную» энергию техника в доме Марии всегда включалась только после одиннадцати вечера. Столкнувшись пару раз с тем, что мальчишкам нечего надеть (отстиравшиеся к часу ночи штаны и рубашки оставались киснуть до утра в барабане машины), я решил и эту заботу взять на себя.

Подпишись на канал 7Дней.ru
Загрузка...




Комментарии




Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или