Легендарная пани Моника из «Кабачка «13 стульев», водитель троллейбуса Люба из «Берегись автомобиля», звезда Московского театра сатиры... Она была эксцентричной, непредсказуемой, невероятно острой на язык и до безумия влюбленной в жизнь.
Ольгу Аросеву знали и любили миллионы, а ее появление на экране или сцене гарантировало взрыв хохота. Ее мемуары «Без грима» и многочисленные воспоминания современников полны историй, где ее дерзость граничила с гениальной импровизацией, а юмор служил лучшей защитой от любых жизненных невзгод...
Ольга родилась в 1925 году в семье высокопоставленного советского дипломата и большевика Александра Аросева. Ее мать, Ольга Гоппен, происходила из польского дворянского рода, окончила институт благородных девиц с золотой медалью. Детство Оли и ее сестер было заграничным и буржуазным: Париж, Стокгольм, Прага. Девочки воспитывались в роскоши, одевались по европейской моде и с малых лет привыкли к приемам высшего уровня. Уже тогда Оля проявляла свой бунтарский характер. В Праге она устроила грандиозный скандал, когда ее отказались взять на дипломатический раут. Заперлась в ванной и пообещала смыть в унитаз все отцовские секретные документы, если ее не выпустят в свет. Отец уступил.
Самая известная детская история Аросевой связана с Иосифом Сталиным. В 1935 году на авиационном параде в Тушино маленькая Оля оказалась на трибуне рядом с вождем народов. Сталин заметил девочку, подозвал ее к себе и угостил вишней. «Я вишню съела, а косточки зажала в кулаке, — вспоминала позже актриса. — Дома решила их посадить, чтобы вырос «сталинский сад». Мама тогда посмеялась, а отец как-то странно побледнел. Он уже тогда понимал, в какое время мы живем».
Спустя два года, в 1937-м, Александра Аросева арестовали и через год расстреляли. Избалованная «номенклатурная» девочка в один миг превратилась в дочь врага народа. Мать, которая к тому времени ушла из семьи к другому мужчине, забрала девочек к себе. Оля проявила невероятное мужество: она написала Сталину дерзкое письмо, в котором утверждала, что ее отец — честный коммунист и его ошибочно расстреляли. Ответа, разумеется, не последовало, но ей повезло, что ее саму не тронули.
Орден за наглость
Аросева всегда хотела быть актрисой, но путь в искусство для дочери расстрелянного дипломата был закрыт. Однако ее не пугали трудности — она предпочитала их не замечать.
В разгар Великой Отечественной войны Аросева решила поступать в Московское городское театральное училище. Проблема была в том, что школу она еще не окончила и у нее не было аттестата о среднем образовании.
Тогда Оля стащила аттестат старшей сестры Елены, вместо ее имени вписала свое и... поступила! Но на этом театральные авантюры не закончились. Доучиться Аросевой не удалось. В 1946 году в Москву на гастроли приехал Ленинградский театр комедии под руководством знаменитого режиссера Николая Акимова. Молодая Аросева так очаровала мастера комедийным даром, что он пригласил ее в свою труппу в Ленинград. Без диплома! В отделе кадров ленинградского театра она заявила, что документ сгорел во время эвакуации, но она привезет дубликат.
Так, не имея ни аттестата, ни диплома об актерском образовании, Аросева стала ведущей актрисой одного из лучших театров страны! Правда вскрылась лишь много лет спустя, когда Аросева была всенародной любимицей. Николай Акимов, узнав об этом, долго хохотал: «Оля, тебе не диплом нужен, тебе нужно выдать орден за наглость!»
«Хочешь сниматься — учись водить троллейбус!»
В кино Ольга Аросева снималась не так много, как могла бы, но каждая ее роль становилась шедевром. В 1965 году Эльдар Рязанов пригласил ее на роль Любы, невесты Юрия Деточкина, в комедию «Берегись автомобиля».
По сюжету Люба водит троллейбус. Рязанов, будучи перфекционистом, наотрез отказался снимать дублера. Он жестко заявил Аросевой: «Хочешь сниматься — учись водить троллейбус по-настоящему!» Пришлось Аросевой пойти на курсы водителей общественного транспорта. Она сдала экзамены, получила официальные права и во время съемок действительно вела огромную машину по улицам Москвы.
В один из дней Аросева сидела за рулем троллейбуса, в салоне находились актеры массовки и скрытые камеры. Вдруг на остановке в троллейбус ломанулись настоящие пассажиры. Аросева не растерялась, закрыла двери и поехала по маршруту. Один из пассажиров долго присматривался к водителю, а потом закричал: «Товарищи, посмотрите, актрисы из «Сатиры» на троллейбусах подрабатывают! Видать, совсем в театрах не платят!»
Аросева, не оборачиваясь, басом отрезала в микрофон: «Граждане, оплачиваем проезд! Актрисам тоже кушать хочется, а Деточкин опять все деньги на благотворительность отдал!»
В 1966 году на советском телевидении стартовал проект, ставший культовым, — «Кабачок «13 стульев». Действие юмористической передачи происходило в польском ресторанчике. Ольга Аросева получила роль пани Моники — глуповатой, претенциозной, кокетливой и капризной дамы в умопомрачительных шляпках.
Успех был оглушительным. В дни показа «Кабачка» улицы городов пустели, а преступность падала до нуля — даже воры-домушники сидели у телевизоров. И не только они… Передачу обожал сам Генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Ильич Брежнев. Говорят, если заседание Политбюро затягивалось, а по телевизору должен был идти «Кабачок», Брежнев прерывал совещание со словами: «Товарищи, пора закругляться, там пани Моника выступать будет». Партийное руководство периодически пыталось закрыть программу за «низкопоклонство перед Западом» и «мещанство». После очередной попытки Аросева лично написала письмо в приемную генсека с подписью: «Ваша пани Моника осталась без стула». Программу тут же вернули в эфир.
Пани Моника меняла наряды и шляпки в каждой серии. Для советских женщин, живших в условиях жесткого дефицита, она стала иконой стиля. Они штурмовали ателье с требованиями: «Сделайте шляпку, как у Моники!» Сама же Аросева собирала шляпки по крупицам. Что-то шили в костюмерных, что-то она привозила из редких заграничных поездок, а что-то мастерила сама. Однажды ей прислали посылку из глухой деревни, с гнездом и запиской: «Уважаемая пани Моника! Увидела на дереве это гнездо и сразу подумала о вас. Приделайте к нему ленточку — будет отличная шляпка для следующей передачи!» «И что вы думаете? Я приделала вуаль и снялась в этом гнезде!» — смеялась актриса.
Поставила на место Плучека
Более 60 лет Ольга Аросева прослужила в Московском театре сатиры. Это был бурлящий котел талантов, где царили жесткая конкуренция, юмор и... великие театральные интриги. Главной подругой и одновременно главным соперником Аросевой в театре была великолепная Татьяна Пельтцер. Их посиделки в гримерках за игрой в преферанс стали легендой. Они могли костить друг друга последними словами, но в обиду посторонним друг друга не давали.
Однажды на гастролях Пельтцер и Аросева сильно поругались из-за роли. Не разговаривали неделю. Во время спектакля, где они должны были играть подруг, Пельтцер решила отомстить. По ходу действия она должна была угостить Аросеву конфеткой. Пельтцер незаметно развернула фантик, густо намазала конфету горчицей и с милой улыбкой протянула Ольге Александровне. Аросева подвох заметила по запаху, но виду не подала. Она взяла конфету, съела ее, даже не поморщившись, а затем она должна была обнять Пельтцер. Ольга Александровна обняла подругу так крепко, что у той хрустнули ребра, и прошептала на ухо: «Спасибо, Танюша, за угощение. С меня сто грамм и огурчик, раз уж ты мне закуску прямо на сцене организуешь!»
Многие годы театром руководил Валентин Плучек — режиссер жесткий и авторитарный. У Аросевой с ним были сложные отношения. Он периодически лишал ее ролей за «несносный характер». Как-то раз Плучек вызвал Аросеву на ковер и начал кричать: «Аросева! Вы невыносимы! Вы разлагаете труппу! Я вас сгною, вы у меня будете со сцены только «Кушать подано» кричать!» Ольга Александровна спокойно выслушала ор режиссера, достала сигарету, закурила (хотя в кабинете курить запрещалось) и ответила: «Валентин Николаевич, дорогой. Вы можете заставить меня кричать «Кушать подано». Но учтите: я это крикну с такой интонацией, что вся публика поймет — вас в кулисах уже отравили!» Плучек махнул рукой и выставил ее за дверь, но роли вернул.
«Калории боятся ко мне прилипнуть»
Юмор Ольги Аросевой был мгновенным. Она никогда не лезла за словом в карман и могла одной фразой поставить на место любого наглеца. На одном из юбилейных банкетов к Аросевой подошел молодой, амбициозный и уже слегка нетрезвый актер. Он вальяжно приобнял легенду за плечи и сказал: «Ольга Александровна, вы же эпоха! Вот скажите мне, как молодому дарованию, в чем секрет вашего долголетия на сцене?» Аросева аккуратно сняла его руку со своего плеча, посмотрела на него своим знаменитым пронзительным взглядом и произнесла: «Секрет прост, деточка. Я никогда не пила дешевую водку, никогда не общалась с дураками и всегда вовремя уходила с банкетов. Чего и тебе желаю. Особенно — второе и третье, и прямо сейчас».
Уже будучи знаменитой, Аросева любила ходить на московские рынки — выбирать продукты сама. Однажды один из продавцов, узнав актрису, сделал ей неуклюжий комплимент: «Ой, пани Моника! Какая вы в жизни... обычная! На экране вы такая молодая, красивая, а тут — прямо как моя теща, дай ей Бог здоровья!» Аросева, выбирая кусок мяса, невозмутимо ответила: «Молодой человек, передайте вашей теще, что если она выглядит так же, как я в свои 80, то вашему тестю крупно повезло. А вот вам с весами везти перестанет, если вы мне этот жир вместо вырезки подсунете!»
Ольга Александровна обожала хорошую еду, вино и никогда не сидела на изнурительных диетах, что для актрисы того времени было смелым заявлением. Когда ее спрашивали о секрете стройности, она могла выдать что-то вроде: «Мой секрет прост: я ем все, что вижу, но делаю это с такой грацией и удовольствием, что калории просто боятся ко мне прилипнуть». А на вопрос о том, почему она не отказывается от бокала шампанского, отвечала: «Шампанское — это единственная вещь в мире, которая после употребления делает все вокруг красивее». Эта удивительная женщина до глубокой старости сохраняла стройную фигуру, свой стиль и, главное, интерес к жизни. Именно поэтому романтические отношения в ее жизни имели место без преувеличений всегда!
«Морщины — это моя биография!»
Личная жизнь Ольги Аросевой была такой же бурной, как и творческая. Она официально была замужем четыре раза, а количество «промежуточных романов», как она сама их называла, сосчитать было невозможно. Ее мужьями были музыканты, актеры, режиссеры. Но ни один брак не длился долго. Сама актриса относилась к этому с неподражаемой самоиронией. «Все мои мужья были прекрасными людьми, — говорила Аросева. — Но у них был один общий недостаток: они почему-то очень быстро кончались. Нет, слава Богу, они не умирали, они просто уходили. А я оставалась. Со своей любимой мебелью. Мебель, между прочим, гораздо надежнее мужчин: она не пьет, не изменяет и всегда стоит на своем месте».
Один из ее мужей, актер Владимир Сошальский, славился любвеобильным нравом. Когда они разводились, судья спросил Аросеву о причине. «Понимаете, ваша честь, — вздохнула Ольга, — Володя — коллекционер. Он коллекционирует женщин. А я не привыкла быть экспонатом в музее, пусть даже и очень хорошем. Я предпочитаю быть директором этого музея, но у него вакансия была занята им самим». Исчерпывающая характеристика!
А когда ее спрашивали, как ей удается оставаться такой привлекательной и востребованной у мужчин, она однажды парировала: «Мужчины как такси: если один не останавливается, значит, скоро подойдет другой. Просто нужно стоять на правильной улице и с правильной осанкой». Она никогда не стеснялась своего возраста, говоря, что она не «старая», а «винтажная» и «выдержанная, как хорошее вино».
В преклонном возрасте Аросеву часто спрашивали, почему она не делает пластические операции, как это модно у современных актрис. «Зачем мне перетягивать лицо? — удивлялась Ольга Александровна. — Чтобы мои морщины переехали на затылок? Я каждую свою морщинку заработала честным трудом и диким хохотом. Мое лицо — это моя биография. Зачем мне чужая биография, пусть даже и гладкая?»
Однажды на творческом вечере не очень тактичный журналист спросил ее: «Ольга Александровна, скажите честно, сколько у вас было мужей и не жалеете ли вы о том, что не сохранили ни один из браков?» Зал замер. Аросева улыбнулась и спокойно ответила: «Молодой человек, я не коллекционирую мужей, как марки. Я коллекционирую счастливые моменты. А что касается браков... Женщина должна выходить замуж только тогда, когда она абсолютно уверена, что без этого конкретного мужчины она не сможет выпить свой утренний кофе. А если сможет — зачем ей лишние хлопоты?» Зал взорвался аплодисментами.
И в 80 лет ждала приключений
Несмотря на отсутствие детей и одиночество в поздние годы, Аросева никогда не жаловалась. У нее был огромный загородный дом, куча собак, кошек и грядки, на которых она с удовольствием выращивала помидоры.
Ольга Александровна Аросева ушла из жизни в 2013 году в возрасте 87 лет. До последних дней она выходила на сцену Театра сатиры. И преображалась, стоило переступить линию кулис. Спина выпрямлялась, в глазах загорался озорной огонек пани Моники. Даже в 80 лет она отказывалась играть «ворчащих бабушек» с вязаньем в руках: «Я еще не дожила до того возраста, чтобы вязать носки и ждать внуков. Я еще жду приключений».
И режиссеры шли ей навстречу, потому что ее энергетика и дерзкая искорка в глазах действительно не соответствовали штампам. Она прожила жизнь без оглядки на чужие мнения, правила и запреты. Она умела превращать трагедию в фарс, а серые будни — в искрометный праздник. И лучшей памятью о ней остается улыбка, которая появляется на лицах людей, когда они вспоминают эту удивительную и бесконечно смешную женщину. Которой удалось умереть, не постарев…
Когда партийное руководство в очередной раз попыталось закрыть «Кабачок», Аросева лично написала письмо в приемную Брежнева с подписью: «Ваша пани Моника осталась без стула». Программу тут же вернули в эфир
Кстати...
- Однажды Аросевой прислали посылку из глухой деревни. Там лежало гнездо и записка: «Уважаемая пани Моника! Увидела на дереве это чудо и сразу подумала о вас. Приделайте ленточку — будет отличная шляпка для передачи!» «И что вы думаете? Я приделала вуаль и снялась в гнезде!» — рассказывала актриса.
- Аросева была мастером афоризмов. Вот лишь некоторые из них. «Жизнь прекрасна, несмотря на то что она коротка. А то, что она коротка, — это даже хорошо, иначе мы бы успели со всеми переругаться». «Мебель гораздо надежнее мужчин: она не пьет, не изменяет и всегда стоит на своем месте». «Мужчины как такси: если один не останавливается, значит, скоро подойдет другой. Просто нужно стоять на правильной улице и с правильной осанкой».
- Когда Аросеву спрашивали о секрете стройности, она могла выдать что-то вроде: «Мой секрет прост: я ем все, что вижу, но делаю это с такой грацией и удовольствием, что калории просто боятся ко мне прилипнуть»
