Полная версия сайта

Читайте в новом номере журнала «Караван историй» (февраль 2018)

Александр Блок и Наталия Волохова: Снежный роман

Роману поэта и актрисы не суждено было сбыться, но он оставил заметный след в истории русской поэзии:

«В последний раз Волохова случайно увиделась с поэтом в 1920 году в Художественном театре. Радостно пошла к нему, и Блок почтительно склонился к ее руке. Раздался третий звонок, они условились встретиться в антракте, но когда окончилось действие, Блока в фойе не оказалось. Дама, которую он сопровождал, рассказала, что Александр Александрович заметно нервничал и не дожидаясь окончания первого акта, ушел. «Было очень больно, — признавалась Волохова. — Я не понимала, зачем он так поступил». Через год Блока не стало».

Гэри Олдман: Неукротимый

Гэри Олдман

«Впервые «Темные времена» показали на кинофестивале в Торонто. Критики в один голос заявили: Олдман — верный кандидат на «Оскар» 2018 года за лучшую мужскую роль. Сам Гэри приехал в Канаду в приподнятом настроении: актер вновь счастлив в любви. Рядом с ним на красной дорожке смущенно улыбалась в фотообъективы писательница и арт­куратор Жизель Шмидт. А спустя несколько дней СМИ облетела сенсационная новость: Олдман, оказывается, еще в конце августа тайно женился на мисс Шмидт!»

Княгиня Ольга Романофф

Дочери племянника последнего российского императора была уготована княжеская жизнь. Но какую судьбу она выбрала?

Княгиня Ольга Романофф

«Я всегда знала о своем титуле и не видела в нем ничего особенного. В моем свидетельстве о рождении есть графа «занятие отца». Там записано: «Принц России». Некое подобие смущения испытала лишь попав в пансион. В школу приходили письма, адресованные «Ее Высочеству принцессе Ольге Романофф», и девочки надо мной подсмеивались. Спросила папу, нельзя ли обойтись без упоминания титула, но он велел не глупить: «Ты им обладаешь, было бы нелепо это отрицать».

Сергей Юшкевич: Безнадежный романтик

Известный актер театра «Современник» рассказывает о своей влюбчивости, вспоминает многочисленные романы и признается, что в любом городе мира первым делом посещает… кладбище:

«Лишь однажды я видел на глазах Волчек слезы — когда собрала труппу, чтобы сообщить об уходе Яковлевой. Лена тогда, сославшись на здоровье, отказалась лететь на гастроли, хотя была заявлена в спектакле и билеты раскупили за месяц. Спасать положение отправились с творческими вечерами Неелова, Гафт, Гармаш. Я не склонен обвинять Лену — у каждого свой путь, но убежден, что расставаться надо по-человечески. Галина Борисовна много сделала для каждого из нас и заслуживает как минимум уважения. Однажды на юбилее я сказал ей: «Вы для всех нас как мать родная!» Волчек меня поправила: «Нет, Сережа, не для всех...»

Сергей Юшкевич Анна Самохина

Константин Кулешов: Королева Анна

В дни, когда безвременно ушедшей Анне Самохиной исполнилось бы пятьдесят пять, о романе с ней вспоминает театральный продюсер:

«Мы гуляли большой компанией дома у петербургской актрисы. Засиделись за полночь, и хозяйка предложила у нее заночевать. Мы с Аней остались наедине. Утром пили кофе, она сидела у меня на коленях. И я чувствовал одно: хотел бы просыпаться рядом с этой женщиной каждый день. Она подняла свои длинные ресницы и посмотрела мне прямо в глаза. Взгляд этот сложно описать словами. Так смотрит женщина, когда мужчина ей нравится. Я понял, что окончательно пропал».

Мария Куликова: Про любовь

Популярная актриса откровенно говорит об отношениях с Максимом Авериным, кризисе среднего возраста и о том, что давно не одинока:

Мария Куликова

«Да, я действительно не одинока и далеко не первый год знакома с этим человеком, но делиться подробностями в сорок лет просто несолидно, что ли. С возрастом, а скорее c пришедшей с ним мудростью, уже не так часто, как раньше, пускаешь кого-то на личную территорию, говоришь о сокровенных вещах. Впрочем, совсем не делать этого тоже несколько странно. Профессия-то по-прежнему публичная. И если продолжать секретничать, люди, как показывает мой опыт, начинают придумывать что-то за тебя и про тебя. Даже не знаю, как лучше.

Вячеслав Воскресенский: Возвращение Финиста

Ему было суждено сыграть одну звездную роль и прожить непростую жизнь, полную взлетов и падений:

Вячеслав Воскресенский

«Я получил главную в жизни роль в очереди за колбасой. Приезжаю однажды из Рязани в Москву. Как всегда, бегом в гастроном. И вдруг чувствую на себе пристальный взгляд. Подходит женщина: «Хотите сниматься в кино? На Киностудии Горького начинается работа над сказкой «Финист — Ясный Сокол». Вы нам подходите». Я опешил и ущипнул себя за руку: неужели не сон?»

Октавиан Григориу: Улыбка Зобара

Сын легендарного молдавского актера, известного, в том числе, по роли Лойко Зобара в картине «Тени забытых предков», рассказывает об отце, его дружбе с режиссером Эмилем Лотяну и трагической гибели:

Григоре Григориу

«Начали бороться, я уловил момент, подхватил отца, перекинул — и он с высоты головой вошел прямо в татами. Я испугался, а Лотяну, воодушевленный эффектной сценой, предложил снять еще дубль. Пришедший в себя папа ответил: «Маэстро, для меня такие полеты чреваты — я после них теряю форму». Эмиль Владимирович согласился на первый дубль».

Ольга Казаченко: Неотправленное письмо

Ольга Казаченко с сыном

Брошенная жена Вадима Казаченко старается разобраться в отношениях со знаменитым певцом, написав письмо их общему сыну:

«Дописывая последние строчки этого письма, понимаю, что никогда не смогу отдать его тебе. Сладко врать незачем, а правда слишком некрасива. На самом деле я его писала, наверное, для самой себя, чтобы посмотреть на свою историю со стороны и разобраться — что же это было? Что говорить тебе, Филипп, когда ты вырастешь и захочешь объяснений? Не знаю. Все так хорошо начиналось, а потом с твоим папой что­то произошло...»

Несколько жизней Хаима Сутина

Десятому сыну в семье, уроженцу белорусского местечка, ему довелось пережить крайнюю нищету и долгожданное признание. Сегодня картины этого художника продаются на аукционах за десятки миллионов долларов:

 Хаим Сутин

«Хаим быстро заслужил репутацию субъекта странного и несимпатичного: неотесан, крайне неопрятен, да и собой нехорош. Сутулый, вечно затравленный, с головой, втянутой в плечи, и тяжелой челюстью. Круглый год он ходил в одном и том же пальто­балахоне на голое тело. Много позже рассказывал, как носил вместо рубашки кальсоны — надевая их на манер кофты».

Комментарии

Загрузка...

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или